Каждую из книг Анхеля де Куатьэ я предварял небольшим предисловием. Мне 6 страница Главная страница сайта Об авторах сайта Контакты сайта Краткие содержания, сочинения и рефераты

Каждую из книжек Анхеля де Куатьэ я предварял маленьким вступлением. Мне 6 страничка


.

Читать реферат для студентов

«Он сказал, — рассказывал тогда Валерий про Андрея, — что я никого не люблю. Это

ужасно, но это правда. У тех, кто по-настоящему любит, не может быть депрессии. Деп-

рессия возникает только у тех, кто зациклен на себе. А любящий думает о другом человеке,

о том, кого он любит. И даже если любимому человеку плохо, у него не опустятся руки и не

будет депрессии. Ему не до слез...»

И я вспомнил Машу, вспомнил эту маленькую девочку, которая хотела умереть,

чтобы освободить своих родителей, избавить их от необходимости лгать самим себе. В ее

голове звучали их мысли. Она понимала, что ее родители живут друг с другом из-за своего

страха перед будущим, а вовсе не потому, что они заботятся о своей дочери. Ребенок,

жертвующий собой ради правды, ради родителей...

— Все, что касается врача из этой истории, рассказанной Валерием, все так и было, —

сказал Андрей. — Все, что вы рассказали, насколько я понимаю, тоже правда.

— Да, — сказал Данила.

— И именно об этом я говорил Мите, — подытожил Андрей. — «Правда — она прав-

да. От нее не уйдешь. Если ты, например, кого-то любишь — то любишь. Если не любишь —

то не любишь. Если себя обманывать и жить с тем, кого не любишь, — будет мука. Вот это

ужасно. А так, что в человеке может быть ужасного? Все, что в нем есть, — это факт. Нужно

только правильно с ним обойтись...»

— Все твои критерии тут есть, — Данила посмотрел на Андрея так, словно и не ждал

ничего более.

— Тогда я просто расскажу историю, — предложил Андрей. — Я помню, что в свое

время она произвела на меня очень сильное впечатление.

— Пятая Скрижаль, — улыбнулся Данила. — Не может быть иначе...

— Человек, о котором рассказывают эту историю, — один из величайших мудрецов,

— говорил Андрей. — Его звали Руми. Если бы это произошло с кем-то другим, то, навер-

ное, я бы не почувствовал того, что я чувствую, когда понимаю, о какой личности идет речь.

Восхищение вызывает то, что это поступок святого.

Однажды к Руми пришла женщина, жившая по соседству. Она привела к мудрецу сво-

его маленького сына.

«Я не знаю, что мне делать, Руми, — сказала она. — Я испробовала уже все способы,

но ребенок меня не слушается. Он ест слишком много сахара! Пожалуйста, скажите Вы ему,

что это нехорошо. Он Вас послушается, потому что очень уважает».

Руми посмотрел на ребенка, на доверие в его глазах, и сказал: «Приходите через три

недели».

Женщина была в полном недоумении. Это же такая простая вещь! Почему этот

просветленный человек просто не сказал ее сыну, что не нужно есть столько сахара?!

Непонятно... Люди приходили к Руми из дальних стран, и он помогал решать куда более

серьезные проблемы сразу.

Но что делать — она послушно пришла через три недели. Руми вновь посмотрел на

ребенка и сказал: «Приходите еще через три недели».

Тут женщина не выдержала и осмелилась спросить, в чем дело. Но Руми лишь

повторил сказанное.

Когда они пришли в третий раз, Руми сказал мальчику: «Сынок, послушай мой совет,

не ешь много сахара, это вредно для здоровья».

«Раз Вы мне советуете, — ответил мальчик, — я больше не буду этого делать».

После этого мать попросила ребенка подождать ее на улице. Когда он вышел, она

спросила у Руми, почему он не сделал этого в первый же раз, ведь это так просто...



И Руми признался ей, что сам всегда любил есть сахар, и, прежде чем давать такой

совет, ему пришлось самому избавляться от этой слабости. Сначала он решил, что трех

недель будет достаточно, но ошибся...

Святой человек, прославившийся своей мудростью и духовной силой, шесть недель

отучал себя есть сладкое, чтобы просто иметь право сказать мальчику: «Сынок, не ешь много

сахара, это вредно для здоровья». Об этой правде идет речь в пятой Скрижали?

— Да, — мы с Данилой сказали это одновременно.

Андрей улыбнулся и посмотрел на свою схему.

— И вот я вижу пять целей, — сказал он. — Первое — нужно понять, что тебя нет.

Парадоксально, но это так. Все, что мы пытаемся защищать в себе, — иллюзия. Истинный

«ты» — это Аркан Дурак в колоде Таро, абсолютная пустота. Как сказал Гаптен: «Мудрый

— это тот, кто принимает жизнь. А принимает — пустота, чистота, открытость».

Второе. Наше чувство одиночества в этом мире ошибочно. Если ты чувствуешь себя

одиноким, это значит, что ты сам закрыт для других. Хотя иногда кажется, что это они

закрыты и не пускают тебя в свой мир. Это иллюзия. Когда ты отказываешься от себя, ты

видишь, что вокруг другие миры. Это сущности других людей, и они прекрасны.

Третье. Отказавшись от своего «эго» и увидев вокруг Других, ты совершаешь выбор.

Ты выбираешь свою жизнь, свой путь. Ты можешь выбрать жизнь, полную страданий. Ты

можешь выбрать дорогу к счастью. Впрочем, и то, и другое — только иллюзия. И только в

тот миг, когда ты понимаешь это, истинное счастье принимает тебя.

Четвертое. Оно вытекает из третьего, как первое из второго. Ощутив себя истинно

Живым, ты должен довериться потоку Жизни. Но довериться Жизни — это не значит плыть

по течению. Довериться — это значит совершать поступки. А это возможно только в одном

случае — если ты доверяешь самому себе и можешь опираться на себя.

Что ж, мы прошли своеобразный круг. Мы отказались от своего «эго» и словно в

Загрузка...

награду увидели вокруг себя Других. Мы отказались от счастья — и ощутили вокруг себя

поток Жизни, которому теперь мы смогли довериться. Доверившись ему, мы обрели себя

заново. Мы умерли, чтобы воскреснуть, и воскресли. Что же дальше?.. А дальше — пятое.

Совершенствуй себя — вот что говорит нам пятая Скрижаль. Но это возможно лишь

при условии достижения четырех предыдущих целей. Ведь совершенствовать «эго» — это

безумие. Совершенствовать свое одиночество — ад. Совершенствоваться, не видя

иллюзорности выбора, — ошибка. Совершенствоваться, не доверяя Жизни, — абсурд.

Если ты постиг своим существом первые четыре скрижали, ты впервые можешь быть

по-настоящему честным с самим собой. Такова правда...

ШЕСТАЯ СКРИЖАЛЬ

Но что значит «совершенствоваться»? — продолжал Андрей. — Кажется, что челове-

ку, достигшему целей, описанных в четырех первых Скрижалях, дальше просто некуда рас-

ти. Но это заблуждение... Ведь у нас еще, как минимум, две Скрижали!

Андрей сказал это своим шутливым тоном, который предвещал всю степень

серьезности, которую только можно себе представить.

— Указание на шестую Скрижаль мы находим уже в «Маленькой принцессе», —

Андрей взял в руки книгу. — Помните, тот разговор — в машине Гаптена?.. Данила тогда

признался, что не ощущает себя Избранным, не чувствует в себе необходимой силы,

вдохновения.

«Трудно сказать себе: „Знаешь, дружище, а ты ведь Избранный! На твою долю выпала

ответственная работа. И никто в целом мире, не сделает ее за тебя. Тебе будут помогать, за

тебя будут болеть. Но сделать ее ты должен сам, потому что Избранный — ты". Трудно себе

это сказать».

Анхель и Гаптен тогда удивились: «Как так?! Это же очевидно!» У вас-то не было

никаких сомнений: «Данила — Избранный! И никак иначе!» Но одно дело — думать так о

ком-то, и другое дело, думать так о себе. О другом — легко. О себе — почти невозможно.

Если ты Избранный, значит, на тебе ответственность, от тебя все зависит. И ты не

только за себя отвечаешь, ты за всех отвечаешь. Ты играешь, а они болеют, сидя на

трибунах. И если ты проиграешь — ты сам виноват, а если выиграешь — это ваша «общая

победа».

Почему христианское учение имело такой успех? Оно уверяло, что есть Тот, кто взял

на Себя бремя. Остальные могут ни о чем не беспокоиться. И довольная паства

расположилась на трибунах... Но что это, если не предательство? Самого себя. Ведь это твоя

жизнь, твоя душа, твой Свет.

И Данила сказал тогда: «Дело не в том, что я — Избранный, а кто-то другой — не

Избранный. Это каждого касается!» Потому что каждый Избранный, да и зачет по по-

следнему.

— «Зачет по последнему»? — не понял я, — Что это значит?

Данила улыбнулся и объяснил:

— Это, Анхель, в армии есть такая штука. Солдат тренируют, чтобы они могли

выдерживать нагрузки. И солдаты сдают экзамены — каждый сам за себя. Пока не сдашь,

будешь тренироваться по полной программе — день и ночь. Но есть один особенный

экзамен, который сдают всем взводом или отделением. Обычно это марш-бросок — не-

сколько километров, в полном военном обмундировании, с оружием, противогазами, по жаре

или в дождь, по болотам, по пересеченной местности.

— Ив чем различие между этими экзаменами?

— Очень просто, Анхель, — пожал плечами Данила. — Если идет «зачет по

последнему», то секундомер выключается только в тот момент, когда финишную черту

пересекает последний из стартовавших. Поэтому ты можешь бежать лучше всех, впереди

всех, быстрее всех, быть первым. Но... твой результат — это результат самого слабого твоего

товарища. По нему зачет. По последнему.

— Да, и поэтому самые сильные, быстрые, выносливые не бегут на этом экзамене

впереди всех, — добавил Андрей.

— А что же они делают? — не сообразил я.

— Они несут на себе тех, кто выбился из сил, — ответил Андрей. — Никто не может

выбыть из строя. Зачет по последнему.

Это прозвучало так просто, так буднично, но для меня — словно настоящее

откровение. «Зачет по последнему» — неважно кто ты, неважно, что ты можешь, а чего нет,

ты отвечаешь и за себя и за всех. И так — каждый.

— Ааа, — протянул я и вдруг понял, что потерял нить разговора. — Андрей, а почему

ты об этом вспомнил?

— Почему я об этом вспомнил? — Андрей выглядел задумчивым. — Потому что я

вспомнил о бодхисатвах.

— О бодхисатвах? О буддийских просветленных?

— О Буддах? — с подвохом в голосе переспросил Андрей.

— Ну, да. О Буддах...

— А почему тогда их зовут бодхисатвами, а не Буддами? — улыбнулся Андрей.

— Ну, потому что Будды — это просто просветленные, — принялся объяснять я,

чувствуя, что не до конца понимаю эту разницу. — А бодхисатвы... Бодхисатвы — это

реинкарнации просветленных.

— В самом общем виде это действительно так, — согласился Андрей и стал

рассказывать нам о буддизме — просто, весело и, как всегда, очень точно.

Как, согласно буддийской доктрине, устроен мир? Существует временное,

проходящее, не имеющее подлинной ценности — это Майя. Майя — это то, что мы обычно

называем «миром» или «земной жизнью». Истинное же никак не связано с Майей. Истинное

— это Нирвана, и это не просто внутреннее состояние человека, это иная реальность.

Многие связывают свои надежды на счастье с теми изменениями, которые произойдут

в Майе. «Когда-нибудь жить станет лучше, потому что наука и технологии защитят нас от

всех горестей и страданий», — говорят они и даже не пытаются меняться внутренне. Другие

пытаются это делать, но еще не стремятся к истинному.

Буддизм говорит: и то, и другое — утопия. Даже если в окружающем мире не будет

поводов для страданий, люди не перестанут страдать. И даже внутренние изменения

недостаточны. Ведь если душа пребывает в Майе, она и радуется, и страдает. Эти чувства

связаны — на каждую толику счастья приходится пригоршня страдания.

Поэтому буддизм говорит о третьем пути. В чем он заключается? Изначально души

всех живых существ принадлежат Нирване — иной реальности. Но пока душа не осознает

этого, пока не пробудится, она возвращается в Майю. Рождение, смерть и новое воплощение

— это круги Сансары, где действует непреложный Закон Кармы.

— Майя, Сансара и Карма — это одного поля ягоды, — пошутил Андрей. — А Нир-

вана — Она не с поля, Она с неба! И вот к чему я все это рассказываю... Бодхисатва — это

пробужденная душа, то есть душа, вырвавшаяся из Майи и кругов Сансары, душа, стоящая

над непреложным Законом Кармы, душа, пребывающая в Нирване. Ну счастье! Счастье! И

вот она зачем-то возвращается в Майю! Какого черта?! Зачем?!

Я даже как-то опешил от внезапности этого вопроса:

— Зачем?

— Потому что Нирвана может быть только целостной! Каждое чувствующее суще-

ство принадлежит Целому, и поэтому не может быть никакого истинного блаженства, пока

все не достигнут Другого Берега. И путь каждого существа, каждой души не пройден до

конца, пока другие души не знают Света, пока они не пробудятся, не попадут в Нирвану, пока

они не станут Буддами. Зачет по последнему!

— И бодхисатва — он что, как проводник? — догадался Данила.

— Да! — подтвердил Андрей. — Бодхисатва — это пробужденная душа, которая

добровольно отказывается от радостей нирванического состояния, от блаженства, и

возвращается на круги Сансары. Этот поступок называют «Великим Самоотречением

Бодхисатвы». Бодхисатва оставляет наслаждение, чтобы помочь другим существам достичь

Нирваны, стать Буддами. Он помогает им, и одновременно с этим он помогает самому себе.

Он не жертва, как Христос в христианстве. Просто нельзя быть счастливым, когда кто-то

несчастен. И радея за другого, ты, на самом деле, радеешь за самого себя.

И тут я наконец понял, о чем идет речь! Более того, я вдруг осознал сущность шестой

Скрижали. Да, мне казалось, что я знал ее и раньше, когда писал «Исповедь Люцифера». Но

теперь, когда я услышал скупой рассказ Данилы об этом «зачете по последнему», эти

объяснения Андрея о «Великом Самоотречении Бодхисатвы», все вдруг встало на свои

места.

— То, что я прочел в «Исповеди Люцифера», по-моему, притча, — Андрей тем

временем продолжал свой рассказ. — Это притча о девушке, которая повстречалась с

ангелом. Самым прекрасным из самых прекрасных ангелов, но, правда, падшим. Проще

говоря — Дьяволом.

Религии говорят, что нужно победить в себе страждущего, избавиться от желаний,

стать чистым. Этот ангел был избавлен от всех желаний. Он перестал желать, когда понял,

что любое его желание может быть исполнено. Если у тебя все есть, тебе ничего не хочется.

Но с этим откровением к нему пришло и другое. Он вдруг ощутил невыносимую тоску. Ему

теперь незачем было жить.

Люди живут, движимые своими желаниями. Без желаний нет жизни. Все, что они

делают, они делают ради определенных, желанных целей. Они хотят удовольствий, любви,

знаний, денег, славы. И им кажется, что в их жизни есть смысл. Но какой? Ответа нет. Есть

лишь желания, и это дает человеку силы жить. Не будет этих желаний...

И поэтому Дьявол стал искать смерти... пока не повстречал одну девушку.

«Ты должен жить, ведь я люблю тебя», — сказала Дьяволу девушка.

«Что с того? — ответил он. — Любовь — пустышка. В ней нет никакого смысла.

Влюбляясь, человек мечтает о вечности, а жаждет скорого завершения — удовлетворения

желания, разрядки. Вот почему все красивые истории заканчиваются в тот миг, когда

возлюбленным предоставляется возможность вдоволь насладиться друг другом».

Девушка заплакала и ушла. Ночью ей приснился кошмар. Ей снилось, что она

разочаровалась в своем возлюбленном. Но если она разочаровалась, разве она любила?..

Она проснулась в холодном поту и поняла, сколько мук пережил ее возлюбленный.

Многие девушки влюблялись в него, но ни одна из них по-настоящему не любила.

«Да, любовь эгоистична, — согласилась девушка. — И она быстро проходит. Возмож-

но, она превратится в дружбу или душевную близость. Но любовью она больше не будет.

Это правда».

«Тогда почему я должен жить для тебя? — Дьявол повел изогнутой бровью. — Не

ради же твоего мимолетного удовольствия!»

«Ты должен жить, потому что благодаря тебе моя жизнь наполняется смыслом, —

сказала девушка. — Я понимаю тебя. Я смотрю в твое сердце, и я вижу в нем Свет. Ты

хочешь выглядеть страшным и злым. Но я живу твоим Светом, и ты не сможешь скрыть Его

от меня».

Дьявол горько усмехнулся и повернулся к девушке спиной. Он не хотел, чтобы она

видела его слезы.

«Что с того? — сказал он. — Если долго смотреть в бездну, ты почувствуешь, что она

тебя манит. Кто сказал, что это хорошо?»

И девушка опять ушла, а ночью ей снова приснился кошмар. Она стояла на краю

гигантской расщелины и смотрела вниз. Казалось, эта пропасть уходит в бесконечность.

Но там, в глубине, кто-то был. Девушка физически ощущала его дыхание. Странная,

непреодолимая тяга возникла в ней. Еще секунда — и она бросилась бы в эту пропасть.

И в самый последний миг, она вдруг словно что-то почувствовала, подняла голову, и...

над ней было небо. Прозрачно-голубое, высокое-высокое небо!

«Нет, я не чувствую отчаяния, любимый, — сказала она Дьяволу на следующий день.

— Я вижу твою бездну, но я вижу и мир вокруг. Да, он больше, чем мое чувство к тебе.

Больше, потому что всегда есть что-то большее. Но мое чувство — это то лучшее, что есть в

нем!»

«Но зачем мне жить?! — закричал Дьявол. — Я не хочу жить для кого-то!»

«А ты живешь не для кого-то», — ответила девушка и улыбнулась.

«Как?!» — удивился Дьявол.

«Просто ты нужен, — ее лицо оставалось спокойным, а глаза лучились, словно

рассветное солнце. — Ты просто должен это осознать — ты нужен. Ты нужен. И все».

«Это говорит твое тело?» — Дьявол внимательно посмотрел в глаза девушке.

«Нет», — ответила она.

«Это говорит твое сознание?» — переспросил он.

«Нет», — снова сказала девушка.

«Тогда это дух говорит в тебе», — решил Дьявол.

«Нет», — в третий раз ответила девушка.

«Но что же тогда?!» — удивился он.

«Ты», — улыбнувшись, ответила девушка.

И после этих слов она обняла Дьявола, а бодхисатва (а это был именно бодхисатва —

ангел, вернувшийся в мир, чтобы пробуждать людей) прошептал ее душе: «Я приходил, что-

бы ты проснулась. Теперь мы принадлежим единому целому. Навсегда».

«Найди для меня смысл жизни — спаси себя», — проговорил Данила словно сквозь

сон.

— Что? — встрепенулся Андрей. — Я не расслышал...

— Это из книги, — объяснил Данила. — Из «Исповеди Люцифера». 6322 почти в

самом конце говорит Саше: «Найди для меня смысл жизни. Спаси себя». Его смысл жизни —

спасти Сашу.

Я смотрел на Данилу и думал — понимает ли он, что это и его смысл жизни? Что и он

спасает людей, вырывая их крута Сансары, из Майи? Понимает ли Данила, что он

бодхисатва?! И тут же мне вспомнился самый последний разговор Саши с Андреем. Заочный

разговор, когда Саша уже находилась в горячке. Тогда Андрей сказал ей:

«Разумеется, мы не можем доподлинно знать, каково именно наше предназначение.

Но что с того?! Да, Бог не высылает инструкций. Было бы даже глупо, если бы Он стал

перед нами отчитываться! Просто мы должны помнить, что оно — это предназначение —

у нас есть. И помни, Саша, вопрос не в том, что тебе нужно. Дело в том, что ты нужна.

Осмысли не случайность, а необходимость себя, и тогда все в твоей жизни встанет на свои

места».

— Ну да! — воскликнул Андрей. — Он же у вас бодхисатва! «Найди для меня смысл

жизни — спаси себя» — звучит как парадокс, но ведь в самую точку! Спасая себя, Саша

делает приход 63-22 в этот мир небессмысленным. Каждая душа, откликнувшаяся на призыв

бодхисатвы к пробуждению, в первую очередь оказывает услугу самому бодхисатве. Хотя,

конечно, объективно повезло этой душе...

Мишель Монтень хорошо объясняет этот парадокс на примере дружбы. Он говорит,

что друг не может ждать от друга благодарности. Не «не должен», а именно «не может».

Потому что возможность сделать другу или любимому человеку приятное, помочь ему —

это само по себе счастье. Представьте, что вы любите кого-то, он нуждается в помощи, а вы

не можете ему помочь. Как бы вы себя чувствовали?..

Вот Монтень и говорил, что любой дар в дружбе, да и в любви, я думаю, это взаимная

штука. Когда вы дарите, вы радуетесь тому, что радуете. А когда вам дарят, вы... вы тоже

радуетесь, потому что радуете.

— И это очень важно знать, что ты следуешь своему предназначению, — сказал вдруг

Данила. — Просто понять — то, что ты делаешь, это важно. Только вот это трудно.

Андрей посмотрел на Данилу с сердечностью и сочувствием, как будто ощутив его

боль и растерянность. Затем взял Данилу за плечо и сказал, глядя ему прямо в глаза:

— Именно поэтому шестая Скрижаль и говорит, как я думаю, о важности осознания

своего присутствия в мире. Просто понять этот факт — ты не случаен, ты нужен этому миру.

Ты или пришел, чтобы пробуждать, или пришел, чтобы пробудиться. В любом случае — ты

при деле!

За окном сгрудились тучи. Небо готовилось разразиться грозовым дождем. Сумрачно.

Но слова Андрея прозвучали настолько светло, что казалось, нет ни этих туч, ни даже Тьмы,

а лишь солнце и люди, осознающие свою причастность к Свету.

— И кстати, вы это здорово придумали! — Андрей обратился ко мне. — Хорошая

идея: символически изобразить внутреннюю красоту главного героя физической

привлекательностью: «Абсолютно голый, абсолютно... красивый». Замечательная находка!

Мы с Данилой уставились на Андрея, как Два барана на одни новые ворота.

— Не придумали, — сказали мы хором.

— Не придумали, — недоуменно, почти по слогам, повторил за нами Андрей. — Да,

но...

— Но ты не можешь думать, что мы это придумали, - чуть не закричал я, - твоя же

ученица! Ты же хорошо ее знаешь! Ты можешь у нее спросить! Почему «придумали»?!

— Но ведь она сама... Как это сказать?.. «Старая душа», — все с тем же недоумением

ответил Андрей. — Это в ней произошло. В ней самой! Это же так очевидно... Мозг во сне

обрабатывает информацию. Он выделяет главное, группирует отдельные информационные

блоки. Но он это не тупо делает, он идет к определенной цели, к некой развязке, которую он

уже предчувствует.

Поэтому все, что человек видит во сне, уже есть в его мозге. Только сам человек этого

не осознает. А спящий мозг выходит из-под контроля сознания и складывает части истины в

единое целое. Это самое сложное — увидеть картинку в отдельных, разомкнутых пазлах. Тут

наитие нужно, тут логика не срабатывает. Часто именно поэтому только во сне все и

складывается.

— Постой! — воскликнул я. — Нет...

Шальная мысль буквально выстрелила в моей голове. Я хотел сразу же ее высказать,

но решил проверить, убедиться. Вдруг это мне пригрезилось? Я схватил «Всю жизнь ты жда-

ла» и начал судорожно листать, пока не наткнулся на слова Андрея, на то его интервью,

которое он давал журналистке, сидя в кафе. Все так и есть...

— Андрей, ты помнишь, о чем вы тогда беседовали с той молодой журналисткой? —

спросил я.

— Да, в общих чертах, — Андрей кивнул головой в знак согласия. — А почему ты об

этом заговорил?

— Просто ты ей тогда рассказал о всех Скрижалях! — закричал я. — Посмотри сам! И

про отказ от своего «эго», и про Другого, и про иллюзии, и про доверие к жизни, и про

правду! И шестая Скрижаль есть — когда вы рассказываете ей про предназначение. О том,

что у каждого из нас свои задания, и все по-разному их исполняют, но «конечный результат

— он один на всех»...

Андрей взял книгу и просмотрел эти страницы. Данила сидел как в воду опущенный.

Он потирал голову и что-то беззвучно бубнил себе под нос.

— Да, Анхель, похоже на то, — согласился Андрей и пожал плечами.

По его реакции я понял, что Андрею показалось это забавным. А я за эти две-три

минуты чуть с ума не сошел! Мы все это время искали истины, которые были озвучены

Андреем еще до того, как нашли хотя бы одну скрижаль!

— Только есть, как минимум, три «но», — Андрей посмотрел мне прямо в глаза. —

Во-первых, как мы могли знать, что все перечисленное мною — цели? Во-вторых, здесь нет

той логической связи, которую мы получили, благодаря последовательности Скрижалей. И

наконец, в-третьих, там нет седьмой Скрижали...

— И все-таки, даже я не могу понять, как это все умещается у тебя в голове... —

услышали мы задумчивый голос Данилы,

Все это время, как оказалось, Данила думал о чем-то своем.

— Что умещается? — растерялся Андрей.

— Ну, например, эти «старые души» и наука — теория сна, мозга... Потом вот, ты же

неверующий, а так о буддизме рассказываешь, что в него не то что не поверить, в него не

влюбиться после этого нельзя!

— Странно, правда? — Андрей улыбнулся, встал и прошелся по комнате. — И я

думаю, что странно. Теперь вы понимаете, о чем седьмая Скрижаль?..

— Седьмая Скрижаль?! — переспросил Данила. — Уже?..

— Нет, похоже, надо сделать вам кофе, — Андрей смерил нас сочувственным

взглядом, улыбнулся и отправился к плите.

СЕДЬМАЯ СКРИЖАЛЬ

За окном началась гроза. Небо содрогалось от раскатов грома. Дождь лил с такой

силой, что, казалось, он выбьет стекла. Я чувствовал, что мы подошли к самой важной части

нашего разговора.

— Ну что, есть ошибки? — спросил Андрей. — Все правильно в первых шести Скри-

жалях?

— Все правильно, — уверенно ответил Данила. — Ошибок нет.

— О седьмой Скрижали я знаю не больше, чем о первых шести, — сказал Андрей и

пожал плечами. — То есть я не знаю ее текста, я знаю только ее суть. На это указывают

выявленные закономерности. До сего момента они нас не подводили. Надеюсь, не подведут

и сейчас.

— Я всегда чувствовал Избранных, — сказал на это Данила, и его голос смешался с

громовыми раскатами. — И я вряд ли ошибаюсь сейчас. Я думаю, что Скрижаль в тебе,

Андрей.

Я посмотрел на Данилу. У него были видения?! Почему он не говорил мне об этом?

Данила словно почувствовал мой вопрос.

— Андрей, я не видел тебя в видениях, — сказал Данила. — Но видения никогда и не

были одинаковыми, каждый раз я ощущал Избранных как-то по особенному. Сейчас, когда

ты, рассказывая, подходил к сути каждой из Скрижалей, у меня было странное чувство. Мне

трудно описать его словами, словно бы невесомость. И это ощущение теперь усиливается.

Ты должен знать седьмую Скрижаль. Я в этом уверен.

— Мне бы вашу уверенность, господа! — в глазах Андрея я прочел и печаль, и

решимость. — Ну, хорошо, Анхель, какое бы «Предисловие» ты написал к этой книге?

— К этой — это к какой?

— Ну, о седьмой Скрижали... — объяснил Андрей.

Я задумался. А Данила вдруг рассмеялся.

— Данила, чего ты смеешься? — не понял я.

— Просто смешно, — ответил Данила, на его лице сияла улыбка. — Сейчас Андрей

выудит седьмую Скрижаль из тебя!

— Данила, не сбивай его с мысли! — улыбнулся Андрей. — Так какое будет «Предис-

ловие»?

— «Предисловие».., — протянул я, — «Предисловие» будет о томе, как мы с Данилой

попали на твою лекцию.

— Очень хорошо! — поддержал меня Андрей. — О чем была лекция?

— О том, что наше сознание не совершенно, — начал перечислять я. — О том, что

несовершенное сознание не способно уловить истину, потому что истина огромна и

многогранна, а сознание ее уплощает. Чтобы постичь истину, недостаточно видеть ее с

разных сторон — ее нужно видеть целиком...

— Целое есть нечто большее, нежели простая совокупность его частей, — добавил

Данила.

— Да, — я мотнул головой. — И еще, наверное, о том, что люди пытаются общаться

друг с другом с помощью слов. Но слова — ничто, если нет понимания сути, которую с

помощью слов не перескажешь.

— Замечательно! — Андрей необыкновенно воодушевился. — Теперь, Анхель, рас-

скажи нам, пожалуйста, о главном герое этой книги. Только честно, как будто меня здесь

нет. Свое мнение...

— Свое мнение... — повторил я и смутился, понимая, что мне сейчас придется описы-

вать Андрея в его же присутствии. — Хорошо. Мое мнение, что это очень умный человек...

— Спасибо, — прервал меня Андрей и улыбнулся. — Теперь по существу... Ладно?

Черт возьми, вместо того, чтобы помочь, он еще сильнее меня смущает!

— Я думаю, — вырвалось у меня, — что это очень странный человек!

— Ив чем его странность?! — Андрей хитро повел глазами.

— Его странность в том, что он видит все с разных сторон, а воедино собрать не мо-

жет! — чуть не закричал я. — Он говорит: «Я ученый, но с точки зрения религии...», «Я

неверующий, но с общечеловеческой точки зрения...»


Другие страницы сайта


Для Вас подготовлен образовательный материал Каждую из книг Анхеля де Куатьэ я предварял небольшим предисловием. Мне 6 страница

5 stars - based on 220 reviews 5
  • Физическая структура NTFS
  • Понятие цены и особенности ценообразования
  • Е-тест (эпсилометрический метод)
  • Упражнения и задачи. Рассчитайте параметры линейного уравнения парной регрессии, которое будет характеризовать зависимость между недельным розничным товарооборотом (д.е.) на душу
  • Упражнения и задачи. Имеются условные данные (табл
  • Формы и системы оплаты труда. 1*.Различают понятия "трудовые ресурсы" и "персонал" предприятия.
  • Корреляционный анализ
  • Гигиенические основы консервирования пищевых продуктов, консервирование высокой и низкой температурой. Сублимационная сушка - современный метод консервирования пищевых продуктов.