Теория ступеней и направлений 25 страница Главная страница сайта Об авторах сайта Контакты сайта Краткие содержания, сочинения и рефераты

Теория ступеней и направлений 25 страничка


.

Читать реферат для студентов

дый процент допускала привилегия, данная евреям. Следует,

однако, иметь в виду, что в средние века твердый процент, в

частности в договорах о предоставлении кредита для деловых

предприятий, связанных в те времена с большим риском

(особенно если речь шла о заморской торговле), был редким

исключением по сравнению с различным образом оговорен-

ным и иногда (в пизанском Constitutum usus) градуированным

участием в риске и доходах предприятия (commenda dare ad

proficuum de rnari)^. Крупные торговые гильдии защищались от

обвинения в usuraria pravitas^ посредством исключения из гиль-

дии, бойкота и черных списков (подобно тем мерам, которые при-

нимаются на бирже против мошеннических спекуляций); отдель-

ные же люди заботились о спасении души посредством добы-

тых цехом индульгенций (например, в цехе Калимала)"°, за-

вещании или пожертвований. Глубокая пропасть между

деловой неизбежностью и идеалом христианской жизни часто

очень скоро ощущалась и заставляла именно наиболее благоче-

стивых и эт^чески рационально настроенных людей держаться в

стороне от деловой жизни; к тому же это несоответствие от-

рицательно влияло на рациональный деловой дух и препят-

ствовало его развитию. Выход, к которому пришла средневе-

ковая церковь, - создать сословную градацию обязанностей в

соответствии с религиозной харизмой и этическим призвани-

ем, а наряду с этим предоставлять индульгенции, препятство-

вал созданию замкнутой этической методики экономической

жизни. (Чрезвычайно шаткие принципы иезуитского этического

пробабилизма"' после Контрреформации ничего не изменили

в этом отношении, поскольку предпринимательством занима-

лись этически неустойчивые, а не преисполненные этического

ригоризма люди.) Капиталистическую этику создала - отнюдь

не преднамеренно - мирская аскеза протестантизма, которая

указала путь в долевую жизнь именно наиболее благочести-

вым и ригористичным людям и способствовала тому, что ус-

пех в делах они стали рассматривать как плод рационального

образа жизни. Самый запрет взимать проценты распростра-

нялся протестантизмом, в частности аскетическим протестан-

тизмом, только на случай явного-бессердечия. Теперь именно

проценты, взимаемые в Montes pietatis, где кредит предостав-

лялся бедным и поэтому фактически допускался церковью,

стали рассматриваться как проявление черствого ростовщи-

чества (евреи и христианские дельцы уже давно тяготились

этим конкурентом). Напротив, участие владельца капитала в

доходе, полученном в деле с помощью этого капитала, и во-

обще кредит власть имущим и богатым (политический кредит

князьям) рассматривались как законное деяние. Теоретически

такая интерпретация принадлежит Салмазию^. Кальвинизм

уничтожил в первую очередь все виды благотворительности и,

прежде всего, беспорядочное подаяние. Правда, начало сис-

тематизации благотворительности было уже положено введе-

нием твердых норм распределения епископского денежного

фонда в церкви более позднего периода, а затем учреждени-

ем средневековых домов призрения, подобно тому как в ис-

ламе налог на содержание бедных означал введение рацио-

нальной централизации в этой области. Однако случайная ми-

лостыня сохраняла свое значение как доброе дело. Множество



благотворительных учреждений во всех этических религиях по

существу пестовали нищенство, а, сверх того, ряд благотвори-

тельных мер, такие, как ежедневная пища для бедных в визан-

тийских монастырях и официальные дни еды для бедных в

Китае, превращали милосердие в чисто ритуальный обряд.

Кальвинизм со всем этим покончил, и прежде всего с добро-

желательным отношением к нищим. С точки зрения кальви-

низма, Бог в своих непостижимых решениях с достаточным

основанием неравно распределил жизненные блага, и чело-

веку остается только искать подтверждения своей избраннос-

ти в профессиональной деятельности. Нищенство рассматри-

вается как прямое нарушение любви к ближнему, к тому, к

кому обращаются с просьбой о подаянии, а все пуританские

проповедники исходят из того, что отсутствие работы у того,

кто способен работать, - его собственная вина. Для тех же,

кто работать не может, для калек и сирот, милосердие должно

быть рационально организовано к вящей славе Божьей. При-

мером может еще теперь служить шествие детей из сиротско-

го дома, которых демонстративно ведут к богослужению по

улицам Амстердама в странной одежде, напоминающей шу-

товской наряд. Благотворительность совершается таким обра-

зом, чтобы отпугнуть увиливающих от труда; типична в этом

смысле благотворительность английских пуритан в отличие от

очень хорошо описанных Г. Леви^ социальных принципов анг-

ликанской церкви. Благотворительность становится рацио-

нальным , а ее религиозное значение либо

вообще исключается, либо превращается в свою противопо-

ложность. Таково отношение к ней в аскетически-рациональной

религии.

Противоположным должно быть отношение к рациона-

лизации экономики в мистической религии. Именно уничтоже-

ние отношения братства черствой реальностью экономическо-

го мира с того момента, как в нем утверждается рациональ-

Загрузка...

ность, возвышает здесь требование любви к ближнему до по-

стулата совершенно неизбирательной , которая не

задается вопросом ни о причине и успехе полной самоотдачи,

ни о достоинстве и способности помочь самому себе того, кто

просит о помощи, и которая велит отдать также рубаху, если

просят верхнюю одежду. Однако именно поэтому для такой

доброты в ее логическом завершении человек, для которого

она приносит жертвы, как бы и нивелирован в сво-

ем значении: - это случайно встреченный на пути,

его значение лишь в том, что он нуждается и просит. Такова

своеобразная форма мистического бегства от мира в виде

самоотдачи преисполненной безобъектной любви, не ради

человека, а ради этого акта, ради <священной проституции

души> (Бодлер).

Столь же резко и по тем же причинам религиозный

акосмизм (и так или иначе каждая рациональная этическая

религия) должен противостоять политической деятельности,

как только религия обретает определенную дистанцию по от-

ношению к политическому союзу.

Древний политический локальный бог, он же и этичес-

кий и всеобщий могущественный бог, существует только для

того, чтобы защищать политические интересы союза верую-

щих. Еще и в наши дни к христианскому Богу взывают, как к

или , как взывали к локаль-

ным богам античного полиса, совершенно так же, как христи-

анский священник на берегах Северного моря молился

на протяжении веков о . Священство.

в свою очередь, обычно прямо или косвенно зависит от поли-

тического союза; эта зависимость очень сильна в нынешних,

содержащихся государством церквах, но особенно она была

сильнее там, где духовные лица были придворными или пат-

римониальными служащими правителей и земельных магна-

тов, как пурогита в Индии или византийский придворный епис-

коп Константин, а также в том случае, если они сами были

имевшими светские лены феодалами, как в средние века, или

принадлежали к знатным духовным родам, обладавшим свет-

ской властью. Священные певцы, песни которых почти по-

всюду вошли в священные книги, как в индийские и китайские,

так и в иудейские, восхваляют героическую смерть, которая

по священным правовым книгам брахманов является для

кшатрия в возрасте, когда он увидит ,

столь же идеальным кастовым долгом, как для брахмана в

том же случае уединение в лесу для медитации. Магической

религии неведомо понятие , но политическая

победа, и прежде всего месть врагам, для нее так же, как для

древней религии Яхве, является наградой Бога.

Однако чем больше священство пытается самостоя-

тельно организоваться перед лицом политической власти и

чем рациональнее становится его этика, тем больше сдвига-

ется первоначальная позиция. Противоречие между проповедью

братства единоверцев и прославлением войны с теми, кто стоит

вне данного круга, само по себе не умаляло, правда, значения

воинской доблести, поскольку оставалась возможность проводить

различие между и вой-

нами - продукт фарисейства, неизвестный древней, исконной

военной этике. Значительно важнее для установления могу-

щественного положения священства там, где оно создало са-

мостоятельную организацию, было возникновение общинных

религий у политически демилитаризованных и подчиненных свя-

щенникам народов, таких, как иудеи, и формирование широких,

хотя бы относительно невоинственных слоев, обретавших все

больший вес. Священство тем решительнее принимало специ-

фические добродетели этих слоев, чем более они - простота,

терпение в нужде, смиренное подчинение существующим автори-

тетам, кротость и непротивление неправде - способствовали

подчинению воле этического Бога и самих священников и в изве-

стной степени дополняли основную религиозную добродетель

власть имущих - великодушное милосердие: патриархальные

благодетели хотели видеть эти добродетели у тех, кому они

оказывали поддержку. Чем больше религия становилась

религией , тем больше политические причины со-

действовали тому, что этика подчиненных принимала религи-

озный характер. Иудейские пророки, реалистически оценивая

внешнеполитическое положение, проповедовали покорность

угодной Богу власти великих держав. Осуществление священ-

нослужителями контроля над массами по поручению чуже-

земных (вначале - персов), а потом и собственных правите-

лей, в сочетании с их личной невоинственностью и особенно

сильным (что известно по опыту) воздействием религиозных

мотивов на женщин, привели к тому, что с популяризацией

религии специфически женственные добродетели были при-

званы чисто религиозными. Однако в этом направлении дей-

ствовало не только организованное священством моральное

, но и индивидуальные, порывавшие с тра-

дицией, поиски спасения аскетического и особенно мистичес-

кого характера, которые, как мы видели, под действием внут-

ренней закономерности всегда ведут в данном направлении.

Конечно, этому способствуют типические внешние обстоя-

тельства. Так, представляющееся бессмысленным чередова-

ние отдельных эфемерных политических образований при

наличии универсальной религии и (относительно) единой со-

циальной структуры (в Индии) или, напротив, всеобщее уми-

ротворение и устранение всякой борьбы за власть в крупных

мировых державах и, в частности, бюрократизация полити-

ческой власти (в Римской империи) - все это факторы, кото-

рые лишают почвы политические и социальные интересы,

ведущие к борьбе за власть и социальным конфликтам, и

действуют в сторону антиполитического неприятия мира

и развития отрицающей всякую власть религиозной братской

этики. Сила аполитичной христианской религии любви, так же,

как и увеличивающееся, начиная с 1 и II вв. императорского

правления, значение всех учений о спасении и общинных ре-

лигий вообще, выросли не из инте-

ресов или из инстинкта, а именно из полного

отсутствия подобных интересов. Носителями антиполитичес-

ких религий спасения были не только и даже не преимуще-

ственно угнетенные слои, а прежде всего слои образованных

людей, не заинтересованных в политике, поскольку они не

имели реального влияния или утратили вкус к ней.

Известный всем по опыту факт, что насилие всегда по-

рождает насилие, что стремление к социальному или экономи-

ческому господству повсюду объединяется с самыми идеальны-

ми по своему характеру движениями, что насильственные

действия против несправедливости в результате приводят к

победе не большего права, а большей силы или большей ра-

зумности, не остается скрытым от аполитично настроенных

интеллектуалов и все вновь вызывает требование самой ра-

дикальной братской этики, т. е. непротивления злу, общего

буддизму и учению Иисуса. Упомянутая этика родственна и

чисто мистическим религиям, поскольку мистический путь к

спасению, предполагающий минимальную активность, как бы

анонимное существование в миру в качестве единственного

подтверждения избранности, требует именно смирения и са-

моотдачи, которые к тому же часто психологически вытекают

из свойственного мистике акосмического безобъектного чув-

ства любви. Каждый чистый интеллектуализм содержит возмож-

ность подобного мистического преображения. Напротив, мирская

аскеза способна примириться с существованием политической

власти, рассматривая ее как средство рационального этического

преобразования мира и обуздания греховности. Однако здесь

сосуществование достигается не так просто, как в области эко-

номических интересов. Собственно политическая деятель-

ность, основанная на усредненных человеческих качествах,

компромиссах, хитрости и использовании других этически не-

приемлемых средств, и прежде всего на использовании лю-

дей,ориентированная на релятивизацию целей, в значитель-

но большей степени, чем частное экономическое предприни-

мательство, ведет к отказу от ригористических требований

мирской этики. Это настолько очевидно, что даже в доблест-

ное правление Маккавеев"\ как только спало упоение осво-

бодительной войной, именно среди наиболее благочестивых

иудеев сразу же образовалась партия, предпочитавшая господ-

ство чужеземцев национальной царской власти, подобно тому как

некоторые пуританские деноминации считали носителями прове-

ренной религиозной подлинности лишь те церкви, которые нахо-

дились под властью неверных. В обоих случаях определенную

роль играло представление, что подлинная религиозность

может быть доказана только мученичеством, и мысль, что

внутри политического аппарата нет места ни чисто религиоз-

ным добродетелям, ни бескомпромиссной религиозной этике

и акосмическому братству. Это сближает мирскую аскезу с на-

правлением, требующим ограничения государственной деятель-

ности (^ ).

Конфликт аскетической этики и мистической настроен-

ности с аппаратом насилия, лежащим в основе всех полити-

ческих образований, породил самые разнообразные столкно-

вения и компромиссы. Возможность столкновения между ре-

лигией и политикой меньше всего, естественно, там, где, как в

конфуцианстве, религия - просто вера в духов или даже ма-

гия, а этика - рациональное приспособление умного человека

к мирской жизни. Полностью такой конфликт отсутствует в том

случае, если религия требует насильственной пропаганды

истинного пророчества, как в раннем исламе, сознательно

отказывавшемся от всеобщего обращения и ставившем своей

целью подавление и подчинение сторонников чуждой веры гос-

подству ордена, основным долгом которого является священная

война, а отнюдь не спасение путем обращения в истинную веру

тех, кто ему подчинен. Это не есть универсальная религия

спасения. Богу угодно господство верующих над неверными,

которых терпят, поэтому государственный аппарат насилия не

является здесь проблемой, требующей компромиссного ре-

шения. В некоторой степени к этому близка мирская аскеза,

когда она, подобно радикальному кальвинизму, рассматрива-

ет господство принадлежащих к церкви религиозных

виртуозов над грешным миром как угодное Богу. Такая же точ-

ка зрения была фактически основной в теократии Новой Анг-

лии, хотя она открыто и не формулировалась, но, конечно, с

этим было связано множество компромиссов. Конфликт отсут-

ствует и там, где, как в индийских интеллектуалистических

религиях спасения (буддизме, джайнизме), отвергается любая

связь с миром и с какой бы то ни было деятельностью, где

абсолютно запрещено всякое насилие и сопротивление ему,

для которого, собственно говоря, и нет объекта. Лишь отдель-

ные конфликты по различным поводам возникают между конк-

ретными требованиями государства и конкретными религиоз-

ными заветами там, где религия является религией группы,

исключенной из равенства в политических правах, между тем

как данное ей обетование состоит в восстановлении ее под-

линного ранга; такова религия иудеев, которые никогда не

восставали против государства и власти, напротив, во всяком

случае до разрушения иерусалимского храма Адрианом^,

ждали Мессию - собственного политического правителя.

Конфликт ведет к мученичеству или к пассивному ан-

типолитическому подчинению властям, если общинная рели-

гия отказывается от всякого насилия как неугодного Богу и

действительно достигает этого, но не делает окончательного

вывода о необходимости бежать от мира, а остается в миру

Религиозный анархизм, как показывет история, был до сих пор

недолговечен, поскольку обусловливающая его интенсивность

веры является личной харизмой.

Существовали самостоятельные политические образо-

вания, основанные не на анархических, а на принципиально

пацифистских установках. Самым значительным из них было

сообщество квакеров в Пенсильвании, которому в течение

двух поколений удавалось, в отличие от всех соседних коло-

ний, сосуществовать с индейцами и благоденствовать. Про-

должалось это до тех пор, пока вооруженные конфликты

крупных колониальных держав не превратили пацифизм в

фикцию, а война за независимость, которая велась во имя

основных квакерских принципов, но без участия их ортодок-

сальной группировки, верной принципу непротивления, внут-

ренне дискредитировала этот принцип. Более того, соответ-

ствующий ему допуск инакомыслящих сначала заставил самих

квакеров прибегнуть к уловкам в определении выборных окру-

гов в Пенсильвании и в конце концов привел к отказу от учас-

тия в управлении. Типичный для подлинных меннонитов^ и

близкого им большинства общин, вообще для многих сект в

различных частях земного шара, особенно в России, пассив-

ный аполитизм приводил с различной мотивировкой к полной

покорности как следствию отказа от насилия, и резкие конф-

ликты возникали лишь в тех случаях, когда государство тре-

бовало нести военную службу.

Отношение к войне тех религиозных деноминации^,

которые не следовали принципу полной аполитичности, было

различным в зависимости от того, шла ли речь о защите сво-

боды вероисповедания от нападок политической власти или о

чисто политических войнах. В основе отношения к этим двум

типам военного насилия лежали две противоположные мак-

симы. В одном случае полная пассивность, подчинение чужой

власти и отказ от какого-либо участия в насилии вплоть до

принятия мученического венца. Такова позиция не только

полностью отвергающего мир мистического аполитизма и

принципиально пацифистских разновидностей мирской аске-

зы, но и чисто личной религии веры, поскольку исповедующие

ее не считают возможным признать, что рациональный вне-

шний порядок и рациональное господство над миром могут

быть угодны Богу. Лютер отвергал как религиозные войны, так

и религиозные восстания вообще. Противоположная точка

зрения допускает сопротивление при насильственных дей-

ствиях против религии. Концепция религиозного восстания ближе

всего мирскому аскетическому рационализму, признающему

священные, угодные Богу структуры мира. В христианстве это

относится прежде всего к кальвинизму, рассматривающему

защиту веры от тиранов как святую обязанность (хотя сам

Кальвин в соответствии с его представлением об институцио-

нальном характере церкви полагал, что осуществлена эта

защита может быть только по инициативе призванных к тому -

сословных - инстанций). Само собой разумеется, что религиоз-

ную революцию признают также религии, связывающие пропа-

ганду своей веры с войной, и близкие им секты, подобно махдис-

тской и другим исламским сектам, а также находящаяся под вли-

янием ислама эклектическая, вначале даже пацифистская индуи-

стская секта сикхов. Отношение же представителей обеих

противоположных точек зрения к не связанным с религией,

чисто политическим войнам в определенных условиях бывает

обратным. Религии, которые ставят перед политическим кос-

мосом этически рациональные требования, должны занимать

по отношению к чисто политическим войнам значительно бо-

лее отрицательную позицию, чем религии, принимающие

мирские порядки как данные и относительно безразличные.

Непобедимая армия Кромвеля подала петицию в парламент

об отмене принудительной мобилизации, аргументируя это

тем, что христианин может участвовать только в тех войнах,

справедливость которых подтверждает его совесть. С этой

точки зрения войско наемников следует считать относительно

нравственным, поскольку каждый наемный солдат ответствен

за свою профессию перед Богом и своей совестью. Насилие

со стороны государства нравственно лишь постольку, по-

скольку оно во славу Божью искореняет грех и противостоит

несправедливости в делах веры, т. е. поскольку оно служит

религиозным целям. Напротив, для Лютера, полностью отвер-

гающего религиозные войны, религиозные революции и во-

обще активное сопротивление, за политические войны несут

ответственность только светские власти, сфера которых со-

вершенно не затрагивается религиозными постулатами, и

подданные не обременяют свою совесть, если они активно

повинуются этому требованию, как и всему другому, что не

нарушает их отношения к Богу.

Отношение раннего и средневекового христианства к

государству в целом колебалось или, вернее, центр тяжести

перемещался от одной точки зрения к другой следующим об-

разом: 1) отвращение к Римской империи как царству анти-

христа, существование которого до скончания века в эпоху

Поздней империи не подвергалось сомнению никем, в том

числе и христианами; 2) полное равнодушие, пассивная тер-

пимость по отношению к власти (всегда несправедливой), а

отсюда - активное исполнение всех повинностей, в том числе

уплаты налогов, если они прямо не угрожают спасению души;

означает не положительное

призвание, как пытаются изобразить современные сторонники

гармонизации, а именно полное равнодушие к делам мира;

3) стремление держаться в стороне от конкретного политичес-

кого сообщества, поскольку участие в нем необходимо ведет к

греху (культ императоров), но повиноваться начальству, пусть

даже неверующему, так как оно все-таки угодно Богу, хотя и

грешно: как и все устройство мира, его греховность - возло-

женное Богом на людей за грехопадение Адама наказание,

которое каждый христианин должен терпеливо нести;

4) положительная оценка властей, даже неверующих, как сред-

ства для обуздания грехов, необходимого в состоянии грехов-

ности (поскольку естественное знание греховного дано Богом

даже непросветленным язычникам), и как всеобщее условие

всего угодного Богу земного существования. Две первые точки

зрения относятся к периоду эсхатологических ожиданий, но

время от времени они появлялись и в более позднее время.

Что касается последней точки зрения, то христианство не от-

казалось от нее в период античности и после того, как оно

стало государственной религией.

Существенное изменение в отношении христианства к

государству произошло только в средневековой церкви, что

блестяще показал в своем исследовании Трёльч^. Пробле-

ма, которая встала перед христианством, известна не только

этой религии, но только здесь она достигла такой последова-

тельности отчасти по внутренним религиозным, отчасти по

внерелигиозным причинам. Речь идет об отношении так назы-

ваемого к религиозному откровению, с

одной стороны, к положительным политическим образованиям

и их функционированию - с другой. Принципиально здесь не-

обходимо указать на решение этой проблемы в той мере, в

какой она затрагивает индивидуальную этику. Общая схема, в

соответствии с которой религия, являющаяся господствую-

щей, привилегированной в политическом союзе (в частности,

учреждением, освящающим благодатью), обычно решает

трудности, связанные с напряжением между религиозной эти-

кой и неэтическим или антиэтическим требованием жизни в

государственных и экономических сферах власти, сводится к

релятивированию и дифференцированию этики в виде

, в отличие от аскетической, этики призва-

ния. Отчасти, например, в трудах Фомы Аквинского, выдвига-

ется - в противовес, как правильно указал Трёльч, стоическо-

му учению раннего христианства о Золотом веке и блаженно-

му исконному состоянию анархического всеобщего равенства

людей - хорошо известное уже анимистической вере в потус-

торонний мир представление о чисто природном различии

людей, которое существует независимо от следствий греха и

обусловливает сословное неравенство в их земных и потусто-

ронних судьбах. Вместе с тем христианское учение объясняет

наличие власти в жизни метафизически.

Люди приговорены терпеть насилие, тяжелый труд,

страдания, отсутствие любви, в частности также сословные и

классовые различия вследствие первородного греха или причин-

но-следственных связей, индивидуальной кармы или объясняе-

мой дуалистически испорченности мира. Провиденциально

профессии или касты устроены таким образом, что каждой из

них приписывается специфическая, необходимая, угодная

Богу или предназначенная безличным мировым порядком

задача и тем самым для каждой обязательны особые, отлич-

ные от 'других этические требования. Такие профессии или

касты подобны отдельным частям человеческого организма.

Связанное с этим отношение господства-подчинения являет-

ся угодным Богу подчинением авторитету, и восстание против

этого или предъявление требований, нарушающих порядок

сословных рангов, является неповиновением божественной

воле и оскорблением священной традиции тварным высоко-

мерием. Внутри этого органического порядка перед виртуоза-

ми религиозности, будь то аскетического или созерцательного

толка, также ставится специфическая задача, ^подобно тому

как определенные задачи стоят перед князьями, воинами,

судьями, ремесленниками и крестьянами, она сводится к со-

зданию сокровищницы переизбытка добрых дел, которые уч-

реждение по дарованию благодати передает другим верую-

щим. Принимая данную в откровении истину и подлинный этос

любви, индивид обретает земное счастье и потустороннее

воздаяние внутри мирских институтов.

Для ислама подобная концепция и во-

обще вся эта проблематика имела меньшее значение, по-

скольку он, отказываясь от универсализма, исходил из иде-

ального разделения мира на господствующих верующих и

неверных, предназначение которых состоит в том, чтобы


Другие страницы сайта


Для Вас подготовлен образовательный материал Теория ступеней и направлений 25 страница

5 stars - based on 220 reviews 5
  • Лекция № 86. Договор займа
  • 1. У чому полягають основні етапи обробки вихідної кореспонденції?
  • 1. Хвора Ж., 68 років, скаржиться на жовтяницю шкіри, склер, обезбарвлення калу потемніння сечі, підвищення температури тіла до 37,4 0С. Жовтяниця з’явилася через день після приступу болю в правому
  • 1. Хвора Ж., скаржиться на жовтяницю шкіри, склер, обезбарвлення калу, потемніння сечі, підвищення температури тіла до 37,4 0С. Жовтяниця з’явилася через день після приступу болі в правому
  • 1.choose; 2.comfortable; 3.mistaken; 4.fits; 5.fashionable; 6.leather; 7.get dirty; 8.do; 9.stretch; l0. repaired.
  • 1. ЭДЕЛЬВЕЙС Приятное сочетание вкусов. Cыр, курица, яйцо, помидор, майонез (сметана).
  • Предикат одержання елемента по номеру у списку
  • Билет № 14