— Да чтоб ты сдох вместе со своей свиньёй! — бабка кричала так визгливо и пронзительно, что хотелось свернуть уши в трубочку и спрятать в карман. 12 страница Главная страница сайта Об авторах сайта Контакты сайта Краткие содержания, сочинения и рефераты

— Да чтобы ты сдох совместно со собственной свиньёй! — бабка орала так визгливо и пронзительно, чего хотелось свернуть уши в трубочку и упрятать в кармашек. 12 страничка


.

Читать реферат для студентов

Андрей посмотрел на мага и понял, что тот не врёт — все, кто находился в зале, по-прежнему считали его Инквизитором и были ему преданны. Дмитриев кивнул и направился к двери. Стражи, выстроились за ним, готовые в любую минуту броситься на его защиту.

— Это правда Великий Инквизитор? — прошептал молоденький страж, недавно поступивший на службу.

— Можешь не сомневаться, Игорёк, — авторитетно заявил его старший товарищ.

— Ничего себе! О его жестокости к нарушителям закона ходят легенды!

— Преступники не заслуживают ничего иного, а честные маги спали спокойно, зная, что в Межземельи ни одна тварь не посмеет безобразничать пока он с нами!

— Да, крутой мужик наш Инквизитор! — вмешался в разговор ещё один Страж, — немного бешеный, конечно… Не хотел бы я попасться ему под горячую руку!

— А честным людям бояться нечего! Любой мог обратиться к нему за помощью и рассчитывать на справедливое решение своего дела! Потому и уважали его больше Старейшин!

В это время начальник Стражей, услышав шум на «галёрке», сурово посмотрел на подчинённых и разговоры сразу смолкли.

Андрей шёл по знакомым коридорам и прислушивался к своему состоянию. Когда-то он хотел сравнять Дворец с землёй, вместе со Старейшинами и Высшими магами. Хотелось наблюдать как символ правосудия вместе с законниками превращается в руины, такие же безобразные, как и сущность тех, кто здесь сидит. А сейчас не испытывал ничего, кроме досады. Возвращаться не хотелось, он неплохо устроился в том мире, и лишний раз видеть слащавые рожи охоты не было.

«Ай, ай, ай, Андрей Владимирович, — вмешался вредный внутренний голос, — неужели ничего не ёкнуло, когда вы увидели восхищение в глазах Стражей? Неужели не жалеете, что бросили дело, которому служили, и считали, что важнее этого нет ничего на свете? Не лучше было бы бороться, вместо того, чтобы уйти, хлопнув дверью?»

«Если я и хлопнул дверью, то очень громко!» — Андрей усмехнулся, вспомнив, что он сделал, прежде чем отречься.

Тем временем, весть о прибытии Инквизитора разнеслась по Дворцу Правосудия, словно запах жареной рыбы. Из всех помещений выглядывали маги. Так как прибывшего сопровождали Стражи порталов, логично было предположить, что Инквизитора арестовали, но Андрей шёл с гордо поднятой головой, от быстрой, величественной ходьбы белые волосы развевались, и столько достоинства было во всём его облике, что становилось непонятно, кто кого арестовал, то ли Стражи его, то ли он Стражей.

Маги смотрели на Андрея, кто с любопытством, кто с презрением и недовольством, но большинство не скрывало своей радости. Несколько человек хотели с ним заговорить, но знаменитое на всё Межземелье выражение лица Великого Инквизитора быстро остудило их порыв.

Когда он выносил приговор, некоторые преступники не могли держать себя в руках и начинали трястись — настолько жестокими становились его глаза, а сурово сжатые губы, казалось, сейчас разорвут сердце одним словом — «виновен»!

У входа в «святая святых» — резиденции Старейшин, уже топтались перепуганные охранники, видимо, получив приказ задержать Инквизитора любой ценой. Андрей лишь усмехнулся.

— Великий, — обратился к нему начальник Стражей порталов, — позвольте мне поговорить с этими людьми?

— Не вмешивайся, Алекс, — угрожающе сказал один из охраны, ты и так нарушил приказ — преступник спокойно разгуливает по Дворцу Правосудия, а ты его сопровождаешь! Думаю, тебя и твою команду ждёт судебное разбирательство!



— Я к этому готов! А вот как ты будешь смотреть в глаза своим подчинённым после всего?

Две группы воинов после этих слов, приняли боевые стойки, собираясь сражаться.

— Я думаю, нам не стоит вовлекать в конфликт охранные службы, — за спиной Андрея стоял Высший маг Борис, его давний враг из клана Хранителей.

Он подал знак, и охрана Старейшин удалилась, то же самое сделал и Андрей, взглядом поблагодарив Стражей.

— Я знал, что Стражи порталов тебя не остановят, поэтому решил лично выразить тебе своё почтение, — Борис попытался иронично улыбнуться.

— Неужели где-то стали продавать смелость? Или сила теперь общедоступна, как вода в колодце? — произнёс Андрей, не скрывая презрения.

Борис моментально взвился:

— Как ты посмел появиться здесь после всего, негодяй! Я сейчас отдам приказ, и тебя уничтожат, как врага Содружества!

— Борис, — Дмитриев прикрыл глаза, чтобы успокоиться и удержать желание размазать мага по стенке сию же секунду, — у меня дело к Старейшинам, очень важное, иначе меня бы здесь не было.

— Представляю, опять какой-нибудь псевдопреступник? Ты понимаешь, что в своём стремлении уничтожать зло, превратился в маньяка! Ты, не задумываясь, казнил лучшего друга, когда решил, что он виновен!

Дмитриев одним прыжком оказался возле Бориса и схватил его за горло:

— Не смей никогда рассуждать о вещах, о которых ты понятия не имеешь! Иначе клан Хранителей лишится одного из своих магов! — лицо Андрея настолько исказилось от ярости, что Борис подумал, что умрёт не от удушья, а от страха перед этим человеком.

Внезапно откуда-то сверху раздался голос:

— Бывшего Инквизитора ожидает Великий Старейшина Никандр. Поторопитесь, ибо милость его не безгранична!

Андрей с отвращением отбросил от себя Хранителя и, не оглядываясь, вошёл в Зал Старейшин.

Загрузка...

Никандр сидел в кресле и читал какие-то бумаги, делая вид, что очень увлечён. За три года, которые они не виделись, Высший Маг одряхлел ещё больше. Казалось, жизнь в его теле поддерживает только неуёмное, просто космическое тщеславие и жажда власти.

Андрея трясло после слов Бориса, злость и ярость требовали немедленно разнести вдребезги «святая святых» вместе с обитателями. Рана, которую он считал затянувшейся, стала кровоточить с новой силой. Но дело, ради которого он вернулся сюда, не позволило дать волю эмоциям. Всё, что он мог себе позволить, это бесцеремонно развалиться в кресле одного из Старейшин. От такой наглости Никандр выронил листы, которые держал в руках. Кресла Старейшин неприкосновенны! В них заключена сила и энергия, предназначенная только Высшему, находящемуся сейчас у власти. «Чужих» эти «стульчики» не принимают, и могут даже убить.

— Добрый день, Старейшина Никандр, — Дмитриев, видя реакцию на свой поступок, открыто забавлялся, — рад, что вы заметили моё присутствие.

— Почему оно тебя приняло? — Никандр был так поражён, что стал тыкать пальцем то в кресло, то в Дмитриева.

— Если помните, именно я, как Инквизитор, проводил ритуал проверки и вынес вердикт, что вы достойны этих должностей. А для того, чтобы проследить слияние ваших аур, я должен был войти в контакт с объектом, поэтому в ваших креслах навсегда осталась частичка моей силы.

— Но сейчас ты уже никто! — Никандр, казалось, захлёбывался желчью, — сняв с себя полномочия Инквизитора, ты стал обыкновенным рядовым магом — изгоем!

— Как видите — не совсем рядовым, — Андрей демонстративно положил руку на подлокотник.

Старейшина затрясся от злости так, будто к креслу подключили электричество, отчего ещё больше стал похож на дряхлого паралитика.

В зале раздались негромкие хлопки и из мини-порталов, словно из лопнувших пузырей, появились остальные Старейшины. Они смотрели на Андрея, как на восставшего мертвеца. Юрий — крепкий молодой мужчина потемнел лицом от ярости, когда увидел в своём кресле бывшего Инквизитора. Он кинулся было выдворять нахала, но в лице Андрея вдруг что-то изменилось, отчего Старейшина резко остановился, будто напоровшись на невидимую преграду.

— Как ты посмел появиться в Межземелье, мерзкий предатель! — проговорил степенный, полный собственного достоинства третий Старейшина Серафим.

Услышав эти слова, Андрей презрительно скривился.

— Мы здесь одни, прослушки нет, так что вам ни к чему разыгрывать любовь к родине.

Мужчины как-то сразу обмякли, перестав изображать праведное негодование. Этому человеку солгать было трудно и опасно. Иногда Высшим казалось, что он уже родился Инквизитором.

— Хорошо, давай говорить откровенно, — Серафим занял своё место и сразу почувствовал себя уверенней под защитой энергии.

Один Юрий топтался возле кресел коллег, с сожалением поглядывая в сторону Андрея.

— Что ты хочешь за то, чтобы вернуться? — Старейшина Серафим пытливо посмотрел на бывшего Инквизитора.

— А с чего вы взяли, что я собираюсь возвращаться? — Дмитриеву снова захотелось придушить этих мерзавцев.

— Послушай, — глаза Никандра жадно заблестели, — мы не можем исправить того, что было, но новые условия тебе понравятся!

— Вы абсолютно правы — то, что мне пришлось совершить из-за вашего обмана — не исправить ничем!

— Послушай, — Юрий осмелел, стоя за спинами собратьев, — ты ведь считаешься самым лучшим Инквизитором который когда-либо появлялся со времён создания Межземелья! Твоя мудрость позволила тебе стать легендой при жизни! А такого непримиримого отношения к врагам Содружества нет ни у одного Высшего служителя закона не то что у нас, но и во всех Магических объединениях! Боятся одного твоего имени! А если вернёшься, не останется ни одного чёрного мага, который бы захотел совершить преступление в Межземельи!

— Из-за вашей лжи я казнил невинного человека!

Андрей поднялся и Высшие увидели перед собой то, чего до обмороков боялись осуждённые — они взглянули в лицо своей смерти.

— Ты не имеешь права, — затрясся Никандр, — нас может осудить только Конклав Магических объединений!

— Послушай, — Серафим вжался в кресло, — когда мы выпустили на Орокс Тьму, то преследовали единственную цель — освободить несчастную страну от садиста-правителя! Ведь если там будет установлена наша власть — всем станет только лучше! Ты бы лично, как Инквизитор проследил за тем, чтобы Серые получили по заслугам.

— Из-за вас я нарушил закон!

— Ты нарушил его, когда уничтожил нашу базу на границе с Ороксом! Межземелье изначально создавалось как своеобразная тюрьма для магических сущностей, потенциально опасных для людей. Мы веками собираем их здесь, освобождая миры от скверны! А ты хладнокровно уничтожил Стражей, охраняющих границы!

— Я уничтожил тех, кто незаконно использовал заключённые объекты в корыстных целях!

— Только доказать, что Стражи границы причастны к произошедшему не смог! — Юрий злобно оскалился, — Ты добился лишь того, что тебя предали анафеме и отныне имя Великого Инквизитора произносят не со страхом, а с презрением!

— Ошибаетесь! Вы, конечно, сделали всё, чтобы меня уничтожить, но, если я захочу — народ узнает правду, и тогда вам, уважаемые, придёт конец!

— Блефуешь! — Серафим скрипнул зубами от злости, — у тебя была возможность навредить нам после инцидента в Ороксе, но ты предпочёл уничтожить нашу личную армию. Это был единственный необдуманный поступок в твоей жизни, но он стоил тебе карьеры!.. Кстати, до сих пор не понимаю, откуда у тебя появилось столько силы?

— А я догадываюсь, — Никандр понял, что опасность миновала, и расслабленно откинулся на спинку кресла, — Андрей только что казнил лучшего друга. Поражённый чудовищностью преступления, Инквизитор вынес преступнику самый суровый приговор, хотя, полагаю, решение это далось ему нелегко. А когда узнал, что его друг невиновен — от отчаяния готов был разнести всё Магическое сообщество! Но так как он человек умный — смог взять себя в руки и уничтожил только виновных!

— Не всех, — лицо Андрея сравнялось по цвету с волосами, — я оставил в живых вас!

— И это тоже говорит о твоей мудрости и очень развитом чувстве долга, — Никандр не замечал состояния Андрея и продолжал играть с огнём, — ты понимал, что после всего, тебе придётся уйти и страна останется без Инквизитора. А если бы ты ещё вдобавок лишил Межземелье Старейшин — в Магическом сообществе наступил бы хаос… Послушай, я не хотел подставлять твоего друга, он просто оказался под рукой.

Когда Никандр понял, что этого говорить не следовало, было уже поздно. Рука Андрея оказалась напротив грудной клетки старика, сжалась в кулак, и в ту же секунду сердце Великого Никандра перестало биться.

Старейшины несколько секунд стояли, словно каменные изваяния, и тупо смотрели на то, что осталось от их коллеги.

— Кто-нибудь ещё хочет высказаться? — Дмитриев стоял, тяжело дыша, и в глазах его бушевало пламя такой ненависти, что, казалось, сейчас взорвётся зал.

— Ты… ты… — Юрий поражённо смотрел на Инквизитора.

— Тебя будут судить, — глухо проговорил Серафим, пятясь к двери.

— Сядьте на свои места! — жёстко сказал Андрей, и столько силы и властности было в его голосе, что Старейшины помимо воли подчинились, — Никандр умер от сердечного приступа, вам понятно? — мужчины старательно закивали, — и если какая-то мразь, из сидящих передо мной, станет утверждать обратное — клянусь, вы пожалеете, что не разделили участи Никандра!

Серафим понимал, что он может поднять шум, и обвинить бывшего Инквизитора в убийстве первого человека в Межземелье, но также понимал, что Андрей доберётся до него даже из камеры смертников. Он знал этого человека очень давно, знал, на что он способен в минуты гнева. Изобретательный, ловкий, жестокий — Андрей в состоянии выбраться, даже если его осудит Конклав! Все три года Серафим благодарил бога за то, что Инквизитор оставил их в живых, после неудачи в Ороксе, и все три года недоумевал, как Андрей мог разгадать их безупречную комбинацию! Это было невозможно, но Инквизитор вычислил правду, хотя и слишком поздно — друга, которого считал виновным, он уже казнил.

— Слушайте внимательно, — Инквизитор, не дрогнув, переступил через тело Никандра и занял его кресло, — у меня нет желания оставаться здесь ни одной лишней минуты. В город, котором я обосновался, кто-то перенёс Бездну, разбудил, и в ближайшее время собирается выпустить на свободу.

Старейшины повскакивали с кресел.

— Это невозможно! Все объекты подобного рода заморожены и находятся под наблюдением!

— Значит, не все! Вам нужно вычислить того, кто смог сорвать печать. Он называет себя Потомком. Не думаю, что он из наших, но исключать такой вариант не стоит. Проверяйте Серых. Это очень сильный маг, созовите клан Хранителей. Их человек находится в плену у так называемого Потомка, пускай решают проблему. Бездну нужно локализировать в ближайшую неделю, иначе будет поздно. Портал настроен в моём доме, группу проверки можете присылать прямо сейчас. И поторопитесь, иначе в том городе скоро будет ад.

Андрей встал и направился к выходу.

— А ты разве не будешь участвовать в операции? — Юрий растерянно смотрел на Инквизитора.

Дмитриев медленно развернулся:

— Я больше не имею к Межземелью никакого отношения. Теперь это не мои проблемы. Я и так выполнил вашу работу — обнаружил объект. А вы ведь хотели неограниченной власти — вот и разгребайте плоды своего хотения!

— Возьми хотя бы шар силы — мало ли что! Вдруг что-то пойдёт не так, а ты останешься без защиты!

— Какая трогательная забота, — Андрей вплотную подошёл к Юрию, и, глядя ему в глаза, отчеканил, — нет, уважаемые, я не забыл, что, приняв силу из шара, я автоматически становлюсь вашим подданным. Так что разбирайтесь сами, — Дмитриев резко развернулся и пошёл к выходу.

Некоторое время Старейшины сидели молча, обдумывая ситуацию.

— Какая сволочь посмела это сделать? — задумчиво проговорил Серафим.

— Ты представляешь, что случилось бы, если бы он нас не предупредил! — Юрий нервно ёрзал в кресле, — всё таки кровь Инквизитора — это навсегда!

— Распорядись чтобы убрали труп Никандра, и созывай общее собрание, — сказал Серафим и исчез в мини- портале.

Глава 16

Дмитриев появился из портала и посмотрел на часы. В Межземелье он провёл около тридцати минут, ещё столько же понадобится Старейшинам, чтобы созвать совет и сформировать группу. Скоро должен будет приехать Соловьёв и Стэлла — Андрей поморщился. Как он не хотел видеть эту избалованную девицу, кто бы знал! Но сейчас она нужна ему здесь, так что придётся потерпеть.

Выйдя из подвала, Дмитриев направился в комнату охраны. В ближайшие дни ему понадобятся все проверенные люди, работающие на него. Максим — начальник службы безопасности — ещё утром получил указания, но лучше проконтролировать всё лично.

Проходя мимо окна, выходящего в сторону беседки, Андрей услышал женский визг. Визжала, несомненно, Ирма, что привело Дмитриева в крайнее изумление — эта женщина никогда не позволяла себе даже повысить голос. Распахнув окно, Андрей молниеносно перепрыгнул через подоконник и понёсся в сторону беседки, внутренне готовясь к самому худшему. Но картина, открывшаяся его взору, заставила удивлённо замереть.

Ирма Карловна, потеряв где-то свой аристократизм и сдержанность, визжала не переставая. Причём, делала она это, вися на плечах у одной из статуй, стоящих вокруг беседки. Адвокат Родимов сидел на коленях у Сергея, изо всех сил обнимая того за шею, Заланский отчего-то запрыгнул на стол и перевёрнутые чашки дополняли натюрморт. Лина стояла на перилах беседки и пыталась сдержать смех, глядя на происходящее. А всем этим бедламом руководила Феодосия, которая, грозно рыча (хрюканьем этот звук назвать было трудно) бегала, то к статуе с Ирмой, и тогда женщина заходилась новым криком, то к Кеше с Сергеем. Иннокентий при этом смешно поджимал ноги, хватая «археолога» за что попало, стремясь залезть на него повыше. Витольд Романович, стоя на четвереньках, ползал от одного края стола к другому и пытался облить Досю чаем из заварника.

А начиналось всё вполне мирно. После предложения Ирмы попить чаю в беседке, Заланский, получив нагоняй, стал уговаривать свинью остаться возле фонтана. Уговоры длились довольно долго — Феодосия категорически отказывалась подчиниться — клумбу она уже разрушила, и её деятельная натура требовала продолжения «банкета». Ирма Карловна недовольно морщилась и даже сделала пару нелестных замечаний о представителях парнокопытных. После этого Дося обиженно хрюкнула и уткнулась рылом в колени Сергея. «Археолог» с вымученной улыбкой почесал свинью за ухом и сказал:

— Дося, если ты полчаса посидишь возле фонтана, обещаю, мы целый час будем тренироваться приносить палку.

Под изумлёнными взглядами свинья сорвалась с места и села на указанное место, глядя на Сергея преданными глазами. Ирма с недовольством посмотрела на животное, Заланский с недовольством посмотрел на «археолога», и все направились в беседку, то и дело оглядываясь, чтобы проверить на месте ли это чудо природы. Дося демонстративно не смотрела в их сторону, делая вид, что ей глубоко безразлично куда все идут.

Компания с комфортом расположилась в уютной беседке. Ирма Карловна принесла чай с печеньем и чинно разлила по чашкам ароматный напиток. Лина сидела, погружённая в свои мысли, Витольд Романович вообще старался не думать о перспективах, один Иннокентий хотел усидеть сразу на двух стульях. Стремясь угодить Ирме Карловне, перед которой почему-то робел, Кеша старался вести себя образцово, он даже поделился секретами чайной церемонии, которые выпытал у любовника — японца. Но, находясь рядом с привлекательным мужчиной, просто ничего не мог с собой поделать. Он всё время поглядывал на Сергея, предлагая ему, то долить чая, то салфетку, даже попытался поправить «археологу» воротник рубашки, отчего тот едва не пролил себе на колени кипяток, дёрнувшись, как от укуса пчелы. Сергей хотел было высказаться, но, стиснув зубы, промолчал, тем более что Кешу одарила холодным взглядом Ирма Карловна, отчего адвокат смутился и некоторое время сидел спокойно.

А вот Феодосии спокойно не сиделось. Лина рассматривала статуи, стоявшие вокруг беседки, и вдруг заметила какое-то шевеление в кустах. Даже не присматриваясь, девушка поняла, что это Дося, которая и не собиралась исполнять обещанное.

Едва компания расположилась в беседке, Феодосия приняла лежачее положение и по-пластунски стала пробираться к объекту — дрессура Сергея не прошла для неё даром. Миновав кусты, свинья залегла за одной из статуй, напряжённо наблюдая за предметом своего обожания. Лина, стараясь, чтобы остальные ничего не заметили, стала с интересом следить за действиями партизанки — свиньи.

— А господин Дмитриев к нам не присоединится? — спросил Родимов.

— Андрей Владимирович очень занят, — сухо ответила Ирма.

Кеша печально вздохнул и вновь обратил свой взор на «археолога».

— Серёжа, разрешите предложить вам вишнёвого варенья, я заметил, вы его ещё не пробовали, — адвокат вскочил и, услужливо взяв розетку, принялся намазывать варенье на хлеб.

— Слушай, — не выдержал Сергей, — ты не мог бы ненадолго представить, что меня здесь нет, а?

— Конечно, — ничуть не огорчившись ответил Иннокентий, — возьмите тост, и больше я вас не побеспокою.

Кеша взял Сергея за руку и впихнул ему намазанный вареньем хлеб.

Феодосия, наблюдавшая за этим безобразием из-за статуи, не выдержала и злобно хрюкнула. Звук получился громким, и услышали его все. Ирма нервно уронила ложечку и встала, оглядываясь по сторонам. Заметив торчащие жирные бока из-за статуи, женщина с укором посмотрела на Заланского.

— Я прошу… нет, я требую, чтобы вы забрали свою свинью из парка!

— Но в доме вы ей быть не разрешаете, — обиженно ответил Витольд Романович.

— Этого ещё не хватало! — Ирма, казалось, сейчас лопнет от возмущения.

— Так куда же мне её девать прикажете? — Заланский раздражённо вскочил.

В любой другой ситуации он предпочёл бы отмолчаться, но на защиту любимой свиньи старик встал грудью.

— Свиньям положено жить в хлеву, — Ирма брезгливо скривилась.

— Это другие в хлеву пускай живут, а Дося к такому отношению не привыкла!

— Может быть вы её ещё за стол посадить изволите?

Этот разговор напомнил Лине спор Заланского с Натальей, только выражения сейчас использовались пристойные.

— Ничего страшного бы не случилось, если бы она поела рядом с нами.

Лина подумала, что у Ирмы после этих слов случится нервный припадок.

— Когда вернётся Андрей Владимирович, я потребую, чтобы он решил этот вопрос, а сейчас немедленно отведите животное в гараж и заприте там!

— Сергей, да что же это делается! — Заланский отчаянно призывал «археолога» разделить его негодование.

Тот молчал, не желая участвовать в разборках. Витольд Романович понял, что поддержки ему не найти, но решил защищаться до последнего.

— Тогда, если она вам так мешает, запирайте сами!

Ирма на секунду растерялась от такой перспективы, но затем решительным шагом направилась к ненавистной свинье.

Феодосия, поняв, что её рассекретили, решила, что прятаться больше не имеет смысла и появилась из-за статуи, радостно побежав в беседку. Попутно она задела жирным боком Ирму Карловну, отчего женщина едва не упала. Дося, между тем, весело скакала возле людей и от этого посуда на столе громко звенела. Витольд Романович тут же утащил печенье и протянул его свинье. Но Феодосия не обратила внимания на предложенное лакомство, она крутилась вокруг Сергея, норовя стать лапами ему на колени.

— Да это же чёрт знает что такое! — Окончательно вышедшая из себя Ирма решительно вернулась в беседку, — Пошла… пошла отсюда, — закричала она Феодосии.

— Ирма Карловна, — несмело вмешался Заланский, — Досенька очень ранимая и может обидеться на такие слова.

Ирма схватила свинью за ухо, словно нашкодившего ребёнка, и попыталась таким образом вывести её из беседки.

В ответ раздалось такое визжание, что все присутствующие на секунду оглохли. От неожиданности женщина отпустила ухо свиньи и Дося тут же пнула обидчицу рылом в колени. Ирма не удержалась и упала на пол. К ней на помощь бросился Иннокентий. Увидев того, кто посмел требовать внимания Сергея, Феодосия озверела окончательно. Зарычав, словно собака, она приготовилась к атаке, и Кеша понял, что его сейчас затопчут. Не теряя ни секунды он одним прыжком оказался на коленях у Сергея, решив что это место самое безопасное. Дося накинулась на Ирму — схватив её за подол платья, животное стало таскать женщину по полу, как тряпичную куклу. Заланский попытался оттащить Досю, но это было равносильно тому, как если бы он попытался сдвинуть гору. Сергей мог только материться, потому что встать ему не давал вцепившийся в него Иннокентий. Когда Заланский понял, что дело может кончиться ужасно, от отчаяния стал пинать любимицу ногами, надеясь хоть так привлечь её внимание. Дося, увидев как с ней обращается любимый хозяин, обиженно рыкнула и переключилась на старика, бодая его, словно задиристый козёл. Ирма на четвереньках отползала к выходу, Заланский залез на стол, потому что только так мог как-то обезопасить себя от увечий. Феодосия, понявшая, что вокруг одни враги просто впала в неистовство — она кидалась на всех, кто был рядом, не трогая только Сергея, но и тому доставалось, потому что Кеша упорно не хотел с него слазить. Ирма Карловна, пробежав пару кругов вокруг беседки, сама не понимая как, в конце концов оказалась на статуе.

Эту картину и застал вернувшийся Андрей. Он мгновенно оценил обстановку, подошёл поближе к свинье и сделал рукой какое-то движение. Дося после этого стала как вкопанная, затем попятилась от Дмитриева, и, развернувшись, убежала в глубину парка.

— Андрей Владимирович, я требую, чтобы этого монстра убрали из дома, — Ирма слезла на землю, но продолжала трястись.

— Витольд Романович, я сделал вам одолжение, позволив привезти сюда животное, будьте добры, проследите за тем, чтобы оно не появлялось ни в парке, ни в доме. Я выделю вам отдельное помещение в гараже.

Дмитриев говорил всё это, но создавалось впечатление, что он сейчас находится не здесь. Лине показалось, что Андрей, за пол часа, которые он отсутствовал, прожил несколько тяжёлых лет.

— Ирма, спасибо, что заняла моих гостей, — сказал Дмитриев и улыбнулся ей уголками губ, давая понять, что всё в порядке.

Женщина облегчённо прикрыла глаза.

— Сейчас я попрошу тебя встретить ещё одних посетителей. Наши знакомые должны прибыть минут через пятнадцать.

— Хорошо, Андрей Владимирович, — женщина развернулась, и пошла в дом.

Лина посмотрела ей во след, недоумевая, почему Ирма не пошла к воротам.

Иннокентий, который буквально таял в присутствии Дмитриева, внёс отличное, с его точки зрения, предложение.

— Андрей Владимирович, мы так мило поболтали с вами утром. Не желаете ли узнать о чём-нибудь ещё? Я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы.

Лина поняла, что эта сволочь рассказала Дмитриеву о Соловьёве и его фирме всё, что знала.

— Не смотрите на Иннокентия с таким презрением, — внезапно обратился к ней Андрей, — я бы узнал то, что мне нужно, в любом случае.

Девушку передёрнуло. Она вспомнила, как он добывал информацию из неё.

На аллее, идущей от ворот, показались люди. Первой шагала изумительной красоты девушка с такой радостью на лице, будто только что получила наследство умершего мужа-миллиардера. За ней шли Соловьёв и Лапа. Сердце Лины радостно забилось, когда она увидела родные лица. Ладошка Виктора была перебинтована, но девушка с облегчением отметила, что двигает он ею свободно. Значит, ранение не опасное. Ей захотелось сорваться с места и подбежать к Соловьёву, но лучше не показывать своих чувств перед Дмитриевым. Не нужно давать этому человеку ещё одну ниточку, за которую тот сможет дёргать. Хотя, он ведь про неё уже всё знает…

Зато блондинка свои эмоции скрывать не стала. Когда до Андрея оставалось метров десять, она с радостным воплем побежала к хозяину дома, бросилась ему на шею, и полезла целоваться.

— Стелла, перестань, — Дмитриев попытался оторвать её от себя, но блондинка жадно приникла к его губам, лишив Андрея возможности говорить.

Подошедший Соловьёв с силой прижал Лину к себе. Девушка спрятала лицо у него на груди, вдыхая родной запах, и почувствовала себя такой защищённой, что захотелось заплакать от облегчения.

— Ну что ты, девочка, — Соловьёв гладил её волосы, — всё хорошо, мы выберемся.

Лина только кивала, не в силах поднять на него глаза, потому что боялась разреветься.

Лапа деликатно отвернулся, а, увидев Иннокентия, радостно оскалился и пошёл здороваться.

— Как твоя рука? — девушка прижималась к Виктору всё сильнее, боясь, что если отстранится, ощущение безопасности исчезнет.

— Пустяки, — Виктор прижался губами к её макушке.

— Я так за тебя боялась!

— Ну что ты, малыш, — Соловьёв взял её лицо в ладони и с тревогой всматривался в глаза, — с тобой ничего плохого не случится, обещаю, — Виктор стал нежно целовать её лицо.

— Не хотелось бы прерывать такую тёплую встречу, но наши дела не могут ждать.

Рядом стоял Дмитриев и как-то странно на них смотрел. Стелла повисла на руке у Андрея, и лицо её выражало твёрдую решимость не отлипать от него до конца жизни.

— Попрошу всех пройти в дом, — сказал Андрей и, не дожидаясь ответа, быстрым шагом удалился.

Лина взглянула на Соловьёва. Такой ненависти, с которой он смотрел вслед удаляющемуся Андрею, она никогда прежде в его лице не видела. Девушка даже не представляла, что Виктор способен на подобные эмоции.

— Что он от тебя потребовал? — Лина погладила его по руке и взгляд Соловьёва смягчился.

— Людей, — Виктор обнял её за плечи, — он затевает что-то масштабное и своих сил у него не хватает. Хотя, не представляю, как можно бороться с этой дрянью. Весь «Викинг» сейчас находится на выездах из города. Никого не впускают и не выпускают… Потом ему вдруг понадобилось, чтобы я привёз сюда его любовницу…

Лина смотрела, как мучается Виктор, вынужденный выполнять приказы человека, которого ненавидит, и вообще — Соловьёв уже давно не выполняет ничьих приказов, — и с болью представляла, что он должен сейчас чувствовать.


Другие страницы сайта


Для Вас подготовлен образовательный материал — Да чтоб ты сдох вместе со своей свиньёй! — бабка кричала так визгливо и пронзительно, что хотелось свернуть уши в трубочку и спрятать в карман. 12 страница

5 stars - based on 220 reviews 5
  • Расчет стабилизатора первого канала, выбор микросхемы
  • "Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации" (постатейный) (Бриллиантов А.В., Долженкова Г.Д., Иванова Я.Е. и др.) (под ред. А.В. Бриллиантова) ("Проспект", 2010) 125 страница
  • Иконостас и элементы убранства
  • ©2013 Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь 4 страница
  • "Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации" (постатейный) (Бриллиантов А.В., Долженкова Г.Д., Иванова Я.Е. и др.) (под ред. А.В. Бриллиантова) ("Проспект", 2010) 1 страница
  • Понятие о психическом дизонтогенезе.
  • Для профилактики заболеваний и лечения детей
  • "Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации" (постатейный) (Бриллиантов А.В., Долженкова Г.Д., Иванова Я.Е. и др.) (под ред. А.В. Бриллиантова) ("Проспект", 2010) 115 страница