Лорел Гамильтон Кровавые кости 14 страница Главная страница сайта Об авторах сайта Контакты сайта Краткие содержания, сочинения и рефераты

Лорел Гамильтон Кровавые кости 14 страничка


.

Читать реферат для студентов

Он доел омлет и сказал:

— Не отвечу.

— Что происходит? — спросил Ларри.

— Состязание, кто кого перемудрит, — ответила я.

Ларри фыркнул:

— Объяснил бы мне кто-нибудь, почему я должен брать на мушку того, кому полагается быть на нашей стороне?

— Жан-Клод твердит мне, что Ричард не более человек, чем он сам. Вот этот маленький спектакль Джейсона должен был это проиллюстрировать. Так, волчонок?

Джейсон сосредоточенно доедал завтрак, будто нас здесь и не было.

— Отвечай!

Он повернулся на табуретке, заложив руки за спину.

— Анита, у меня сейчас достаточно хозяев. Мне не нужен еще один.

— А у меня слишком много монстров, с которыми приходится возиться. Не старайся попасть в этот список, Джейсон.

— А это у тебя шорт-лист?

— Именно. И он становится все короче и короче.

Он улыбнулся и слез с табурета.

— Интересно, кто-нибудь, кроме меня, от этого когда-нибудь устанет?

Мы с Ларри поглядели на него. Он не казался усталым — в отличие от нас, просто людей.

Джейсон не собирался отвечать на мои вопросы, и они не были настолько важны, чтобы его за это застрелить. Патовая ситуация.

— Ладно, где ты спишь? — спросила я.

— В комнате Ларри, если ты мне доверяешь, что я его не съем.

— Не пойдет.

— Но ты же не хочешь, чтобы я находился с тобой в одной комнате?

— Я ему сказал, что он может остаться у меня, когда мы приедем, — сказал Ларри.

— Это было до того, как он стал играть в оборотня.

Ларри пожал плечами:

— У тебя в койке валяется Мастер Города. Я думаю, что как-нибудь управлюсь с одним вервольфом.

Я так не думала. Но обсуждать это в присутствии вервольфа не хотела.

— Нет, Ларри.

Он вдруг рассвирепел:

— Что я должен сделать, чтобы ты мне стала доверять?

— Остаться в живых.

— И что это значит, черт побери?

— Ларри, ты не стрелок.

— Я готов был его застрелить! — Ларри ткнул пальцем в сторону улыбающегося вервольфа.

— Знаю.

— Только потому, что я не стреляю направо и налево, ты мне не доверяешь самому о себе заботиться?

Я вздохнула.

— Ларри, прошу тебя. Если Джейсон средь бела дня перекинется волком и тебя загрызет, я никогда себе этого не прощу.

— А если он загрызет тебя?

— Не загрызет.

— Почему? — спросил Ларри.

— Потому что Жан-Клод его за это убьет. Если он нападет на тебя, его убью я, но я не знаю, станет ли мстить за тебя Жан-Клод. А Джейсон боится Жан-Клода больше, чем меня. Так, Джейсон?

Джейсон присел на край дивана на одеяло.

— О да!

— Не понимаю почему, — сказал Ларри. — Ведь это ты убиваешь для Жан-Клода. Он, кажется, никогда никого сам не убил.

— Ларри, кого бы ты больше боялся, меня или Жан-Клода?

— Ты не стала бы на меня нападать.

— Если бы тебе пришлось враждовать с кем-то из нас, кого бы ты выбрал?

Ларри посмотрел на меня долгим взглядом. Гнев улетучился, сменившись выражением какой-то застарелой усталости.

— Его.



— Бога ради, почему?

— Я видел, как ты убивала многих, Анита. Куда больше народу, чем Жан-Клод. Он мог бы напугать меня до смерти, а ты бы просто убила.

У меня отвалилась челюсть — чуть-чуть.

— Если ты в самом деле думаешь, что я опаснее Жан-Клода, тогда ты просто был невнимателен.

— Я не сказал, что ты опаснее. Я сказал, что ты бы убила меня быстрее.

— Вот почему я боюсь Аниту меньше, чем Жан-Клода, — произнес Джейсон.

Ларри уставился на него:

— То есть?

— Она всего лишь меня убила бы, чисто и быстро. Жан-Клод не убил бы меня быстро и уж никак не легко. Он бы постарался, чтобы это было мучительно.

Мужчины глядели друг на друга. Логика каждого из них была по-своему безупречна.

— Если ты в самом деле веришь в то, что говоришь, Ларри, значит, ты просто мало видел вампиров, — сказала я.

— Как я могу их видеть, когда ты меня держишь на расстоянии, Анита?

Действительно я настолько его защищаю? И он видит мою беспощадность, но не видит беспощадности Жан-Клода?

— Ты прав, — ответила я. И этот ответил удивил их обоих. — Если ты действительно веришь, что я убиваю быстрее Жан-Клода, значит, я слишком защищаю тебя, Ларри. Тебе еще надо понять, насколько они опасны. Смертельно опасны. Иначе в один прекрасный день меня с тобой не будет, и ты погибнешь.

У меня в животе свернулся ком страха. Страха, что Ларри погибнет из-за того, что я его держала далеко от реальности. Такого я не предвидела.

— Пойдем, Джейсон, — сказал Ларри.

Джейсон встал.

— Нет. Завтра ты можешь оказаться по горло среди вампиров, но под моим наблюдением. А пока ты не понимаешь, насколько они опасны, я не хочу, чтобы ты оставался с ними один на один.

В глазах его были злость и боль. Я подрезала его уверенность в себе, снизила самооценку. Но… но что мне было делать?

Ларри резко повернулся и вышел. Не споря и не прощаясь, хлопнув дверью, и я с трудом подавила желание броситься за ним. Что я могла ему сказать?

Загрузка...

— Ч-черт! — выдохнула я, прислонившись лбом к двери.

— Я лягу на диван? — спросил Джейсон.

Я повернулась, опираясь на дверь спиной. У меня в руке все еще был браунинг, хотя я не знала зачем. От усталости я стала рассеянной.

— Нет, на диван лягу я.

— А мне тогда куда?

— Все равно, лишь бы не рядом со мной.

Он провел рукой по одеялу.

— Если ты в самом деле будешь спать здесь, я бы мог лечь и на кровати.

— Она занята.

— А какой она ширины?

— Двуспальная, но какая разница?

— Жан-Клод не будет против, если я лягу с ним. Он бы предпочел тебя, но… — Джейсон пожал плечами.

Я глядела на его спокойное приветливое лицо.

— Ты впервые будешь спать с Жан-Клодом?

— Нет, — ответил он.

Наверное, это отразилось на моем лице, потому что Джейсон опустил воротник свитера, показывая два следа от клыков. Я отошла от стены и приблизилась. Укусы уже почти зажили.

— Иногда он любит закусить, проснувшись, — сказал Джейсон.

— О господи!

Джейсон отпустил воротник, и укусы скрылись под шерстяной тканью. Как прячут прыщ. У Джейсона был безобидный вид. Он был примерно моего роста, а лицо невинное, как у ангела.

— Ричард не стал бы служить закуской для Жан-Клода.

— Нет, — подтвердил Джейсон.

— «Нет». Это все, что ты можешь сказать?

— А что ты хочешь, чтобы я сказал, Анита?

Я задумалась всего лишь на мгновение.

— Я хочу, чтобы ты возмутился. Разозлился.

— Зачем?

Я покачала головой.

— Иди спать, Джейсон. Ты меня утомляешь.

Он ушел в спальню, не сказав больше ни слова. Я не стала подглядывать, перекинулся ли он волком и свернулся на ковре, или заполз в кровать рядом с трупом. Не мое это дело. И уж смотреть мне точно не хочется.

Я поставила браунинг на предохранитель и сунула под подушку. Дома, в специальной кобуре, которую я приделала в изголовье, предохранитель был бы снят. Но было бы глупо случайно застрелить себя ночью — то есть днем, — пытаясь защититься от вервольфов.

«Файрстар» я сунула под диванный пуф, тоже на предохранителе. В обычной ситуации он был бы в чемодане, но сейчас я слегка нервничала.

Ножи лежали в чемодане. Обстоятельства еще не настолько опасны, чтобы брать в кровать ножны на запястьях. Кроме того, они не очень удобны — по крайней мере для сна.

Я уже собралась отходить к долгому дневному сну, как вдруг вспомнила, что не позвонила этому спецагенту Брэдфорду. А, черт. Откинув одеяло, я босиком прошлепала к телефону в одной футболке и трусиках. Да, и, конечно, с браунингом. А какой смысл иметь оружие, если не носить его с собой?

Я набрала номер, и никто не снял трубку — можете себе представить? Разве не все должны работать круглые сутки? У меня был номер пейджера. Могут ли новости о Ксавье подождать? И могут ли они помочь? Агент Брэдфорд ясно дал мне понять, что я — персона нон грата. Сначала Фримонт меня выставляет, потом Квинлены грозятся подать на всех в суд, если меня немедленно не уберут из дела. Я так провалила работу по защите их семьи, что повторения они не хотят. Можете себе представить — они, кажется, считают, что из-за меня погиб их сын.

У меня был номер пейджера Брэдфорда. Он дал четкий приказ, что я, если что-нибудь узнаю, должна сообщить ему, и только ему. Отчего мне не хотелось вообще ничего ему говорить. Но откуда я знаю, что у ФБР нет где-нибудь досье на всех вампиров? Может быть, это имя для них что-то значит. Может быть, оно поможет им найти Джеффа. К тому же Жан-Клод не говорил мне, чтобы я не выдавала копам имя Ксавье. Я набрала номер пейджера и оставила свой телефон. Оставалось одно из двух: ложиться спать, чтобы звонок Брэдфорда меня разбудил, или ждать. Я стала ждать.

Не прошло и пяти минут, как зазвонил телефон. Люблю людей, которые быстро отвечают на пейджер.

— Алло? — сказала я на случай, если это не Брэдфорд. Это был он.

— Спецагент Брэдфорд. Ваш номер был на моем пейджере. — Голос был хрипловат спросонья.

— Это Анита Блейк.

Секунда молчания.

— Вы знаете, который сейчас час?

— Поскольку я еще не ложилась, то знаю.

Еще секунда молчания.

— Что вам нужно, миз Блейк?

Глубокий вдох и медленный выдох. Беситься — это не поможет.

— Мне известно возможное имя вампира, который убивал детей.

— И что это за имя?

— Ксавье.

— Фамилия?

— Вампиры, как правило, не имеют фамилий.

— Спасибо за сведения, миз Блейк. Как вы их получили?

Я на пару секунд задумалась, но хорошего ответа не нашла.

— Они вроде как свалились мне в руки.

— Как вы думаете, я вам поверю, миз Блейк? Мне казалось, я выразился вчера вечером ясно: вы в этом деле не участвуете никоим образом.

— Слушайте, я вообще не обязана была звонить, но я хочу вернуть Джеффа Квинлена живым. Я подумала, что ФБР будет полезно знать имя вампира, который его увел.

— Я хочу знать, как вы узнали это имя.

— От информатора.

— Я хотел бы побеседовать с вашим информатором.

— Это невозможно.

— Вы скрываете информацию от ФБР, миз Блейк?

— Нет, агент Брэдфорд, я сообщаю информацию ФБР доступным мне способом.

Он снова помолчал.

— Хорошо, миз Блейк, вы правы. Спасибо вам за сведения. Мы поищем в компьютерах.

— За этим вампиром тянется хвост нападений на мальчиков-подростков. Он педофил.

— Вампир-педофил, Господи Боже мой! — Наконец прорезался неподдельный интерес к моим словам. — И он увел сына Квинленов!

— Да.

— Я бы очень хотел побеседовать с вашим источником, — сказал Брэдфорд.

— Он несколько смущается в присутствии полиции.

— Я мог бы настоять, миз Блейк. К нам пришли рапорты, что этой ночью прилетел частный самолет и выгрузили гроб. Самолет зарегистрирован на корпорацию «Джей-Си».[2] Ей принадлежит множество предприятий в Сент-Луисе, и все они связаны с вампирами. Вы об этом что-нибудь знаете, миз Блейк?

Врать ФБР — не самая удачная затея, но я не знала, как они воспользуются правдой. Федералы расследуют преступление вампиров, и вдруг в городе появляется новый вампир. В лучшем случае они захотят его допросить. В худшем… был как-то в Миссисипи случай, когда вампира случайно перевели в камеру с окном. Солнце взошло — и вот вам жаркое из вампира. Адвокат из ассоциации борьбы за права вампиров устроил копам в суде веселую жизнь и победил, но беднягу вампа это не вернуло. Конечно, покойник был недавно умершим вампиром. Жан-Клод, например, ускользнул бы от них запросто, но само бегство от полиции с использованием вампирских сил является основанием для ордера на арест. Вроде как с Магнусом.

Кроме того, этой ночью вампир убил копа, и сейчас полиция не станет вообще нежничать с вампирами. У копов есть свои человеческие слабости.

— Вы еще здесь, Блейк?

— Здесь.

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Куда был доставлен гроб? — спросила я.

— Никуда. Он просто исчез.

— Так чего же вы хотите от меня?

— С гробом был багаж. Его недавно взяли двое молодых людей. По описанию один из них здорово похож на Ларри Киркланда.

— В самом деле?

— В самом деле.

Мы каждый на своем конце провода ждали, чтобы другой что-нибудь сказал.

— Я мог бы прислать агентов в ваш номер, миз Блейк.

— У меня в номере нет гробов, агент Брэдфорд.

— Вы уверены, Блейк?

— Руку на отсечение даю.

— Вы знаете, кто возглавляет эту корпорацию — «Джей-Си»?

— Нет.

И это была правда. Я вообще, пока Брэдфорд мне не сказал, ничего не знала ни про какую корпорацию «Джей-Си». Что ею владеет Жан-Клод, была всего лишь догадка. Ладно, я прикидываюсь дурой. Ну и что?

— Вы знаете, куда был доставлен гроб? — спросил он.

— Понятия не имею.

— Если бы знали, вы бы мне сказали?

— Если бы это помогло найти Джеффа Квинлена — можете не сомневаться.

— Хорошо, Блейк, но больше не лезьте. Держитесь от этого дела подальше. Когда мы найдем этих вампиров, мы вас призовем, и вы сделаете свою работу. Вы истребитель вампиров, а не коп, и постарайтесь об этом не забывать.

— Поняла.

— И хорошо. Я иду досыпать, и вы, полагаю, сделаете то же самое. Мы их сегодня найдем, Блейк. И позвольте мне выразиться так: я не всему верю, что сказала Фримонт. Мы вас вызовем на ликвидацию.

— Спасибо.

— Спокойной ночи, Блейк.

— Спокойной ночи, Брэдфорд.

Он повесил трубку, я тоже. Еще минуту я посидела, переваривая ситуацию. Если бы они нашли у меня в номере Жан-Клода, что бы они стали делать? Я раз видела, как копы сунули коматозного вампира в мешок для трупов, повезли в участок и стали ждать ночи, чтобы его допросить. Я сказала, что это не слишком удачная затея, поскольку вампир проснется злой как черт. Так и вышло. Кончилось тем, что мне пришлось его убить. Это у меня была работа на выезде, и местные копы позвали меня для консультации. Чем-то напомнило теперешнюю ситуацию. Того вампира всего лишь привезли допросить.

Вдруг навалилась усталость — будто вся прошедшая ночь обрушилась на меня перемалывающей волной. Надвинулся сон — надо было лечь. Я не могу помочь ни Джеффу Квинлену, ни кому бы то ни было вообще, пока несколько часов не посплю. А тем временем федералы его, быть может, найдут. Еще и не такое случается.

Я позвонила портье, чтобы меня разбудили в полдень, и свернулась под одеялом. Браунинг лежал под подушкой, упираясь в голову. Хорошо хоть «файрстар» под диванным пуфом не чувствовался. Мелькнула мысль, что надо было бы взять с собой Зигмунда — это мой игрушечный пингвин, — но мысль, не увидят ли меня Жан-Клод или Джейсон в кровати с мягкой игрушкой, беспокоила едва ли не больше, чем не съедят ли они меня. Почем нынче мачизм?

Кто-то барабанил в дверь. Я открыла глаза — комната была полна мягким, рассеянным солнечным светом. Здесь шторы были куда тоньше, чем в спальне. Потому я и была здесь, а Жан-Клод там.

Я подхватила с пола брошенные джинсы, натянула их и заорала:

— Иду!

Стук прекратился, а затем дверь стали пинать ногами. Это так федералы будят людей? Я подошла к двери с браунингом в руке. Почему-то мне казалось, что ФБР так грубо себя вести не станет. Встав сбоку от двери, я спросила:

— Кто там?

— Доркас Бувье! — Она снова пнула дверь. — Откройте же эту чертову дверь!

Я выглянула в глазок. Это действительно была Доркас Бувье или ее озверевший двойник. Не видно было, чтобы у нее было оружие. Наверное, мне ничего не грозит. Я заткнула браунинг за пояс джинсов под футболку. Она была мне велика и доходила до середины бедер. Вполне можно было скрыть пистолет.

Я отперла дверь и отступила в сторону. Доркас распахнула ее ударом, и дверь закачалась за ее спиной. Я закрыла дверь, заперла и прислонилась к стене, глядя на Доркас.

Она зашагала по комнате, как большая кошка. Каштановые волосы до пояса колыхались, как шторы, когда она двигалась. Наконец она повернулась и посмотрела на меня злыми глазами, зелеными, как море, — точь-в-точь как у ее брата. Зрачки завивались спиралями в точки, радужки будто плавали в белках, и взгляд казался почти слепым.

— Где он?

— Кто он? — спросила я.

Она полыхнула на меня взглядом и бросилась к двери в спальню. Я бы не успела ее остановить, а стрелять в нее мне пока еще не хотелось.

Когда я подошла, она уже сделала два шага в спальню и застыла с прямой спиной, глядя на кровать. Было на что поглядеть.

Жан-Клод лежал на спине с натянутыми до середины груди простынями винного цвета. На темной простыне выделялось плечо и белая-белая рука. В полутьме волосы сливались с подушкой, лицо казалось белым и почти воздушным.

Джейсон лежал на животе. Простыней была накрыта только одна нога и кое-как — ягодицы. Была ли на нем одежда — трудно сказать. Он приподнялся на локтях и обернулся к нам. Желтые волосы упали на лицо, и он заморгал, как пробужденный от глубокого сна. Увидев Доркас Бувье, он улыбнулся.

— Это не Магнус, — сказала она.

— Нет, — ответила я, — это не он. Поговорим снаружи?

— Только не сплетничайте про меня, — сказал Джейсон, перекатившись на локоть. Шелковая простыня скользнула по его бедру.

Доркас Бувье резко повернулась и вышла. Я закрыла дверь под хохот Джейсона.

У Доркас был потрясенный, даже смущенный вид. Приятно видеть. Я тоже смутилась, но не знала, как выйти из этого положения. Пытаться объяснить подобную ситуацию — дело безнадежное. Люди всегда хотят верить в худшее, так что я не стала и пытаться. Я просто стояла и смотрела на Доркас. Она старалась не глядеть мне в глаза.

После долгого и неудобного молчания, от которого она краснела все сильнее, Доркас сказала:

— Не знаю, что и сказать. Я думала, мой брат здесь. Я…

Она наконец посмотрела мне в глаза. К ней вернулись уверенность, собранность. Было видно, как это проявляется в ее глазах. Она пришла сюда не только для того, чтобы вышвырнуть своего брата из моей постели.

— Почему вы вообще подумали, что Магнус здесь?

— Можно мне присесть?

Я показала ей на кресло. Она села с прямой спиной — идеальная осанка. Моя мачеха Джудит могла бы ею гордиться. Я прислонилась к подлокотнику дивана, потому что не хотела садиться с заткнутым за пояс браунингом. Не зная, как она отнесется к тому, что я вооружена, я не хотела показывать пистолет. Некоторые люди зажимаются при виде огнестрельного оружия. Странно, но факт.

— Я знаю, что в эту ночь Магнус был с вами.

— Со мной?

— То есть не в смысле… — Краска снова залила ее лицо. — Я не в смысле был. Я в том смысле, что вы его ночью видели.

— Он это вам сказал?

Она покачала головой, отчего ее волосы рассыпались по плечам, как мех. Она была жутко похожа на Магнуса.

— Я видела вас вместе.

Я поглядела ей в лицо, пытаясь заглянуть за маску неловкости.

— Вас там не было.

— Где? — спросила она.

Я нахмурилась.

— Как вы нас видели?

— Значит, вы признаете, что этой ночью его видели, — сказала она. Напор возвращался к ней быстро.

— Я хочу знать, как это вы видели нас вместе.

Она перевела дыхание.

— Это вас не касается.

— Магнус сказал, что его сестра лучше владеет видением, чем он. Это правда?

— А чего он вам не сказал? — спросила она, снова рассерженная. Казалось, эмоции сталкиваются в ней, слишком быстро сменяя друг друга.

— Он не сказал, зачем он убежал от полиции.

Она поглядела на сложенные на коленях руки.

— Я не знаю, зачем он убегал. Это бессмысленно. — Она снова поглядела на меня. — Я знаю, что он этих детей не убивал.

— Согласна, — сказала я.

На ее лице выразилось удивление.

— Я думала, это вы сказали полиции, будто он убил.

Я покачала головой:

— Нет, я сказала только, что он мог это сделать. Я не говорила, что он это сделал.

— Но… эта женщина была так уверена. Она сказала, что вы ей сообщили.

Я выругалась про себя:

— Детектив Фримонт?

— Да.

— Не всему верьте, что она вам говорит, особенно обо мне. Она от меня не в восторге.

— Если вы этого не говорили, почему они так уверены, что Магнус сделал эти мерзости? У него не было причин убивать этих людей.

Я пожала плечами.

— Магнуса больше не разыскивают по обвинению в убийстве. Разве он вам не сказал?

Она покачала головой:

— Нет. Значит, он может вернуться домой?

Я вздохнула:

— Не так все просто. Магнус воздействовал на полицию гламором, чтобы сбежать. Это уже само по себе правонарушение. Копы его застрелят на месте, миз Бувье. Они не станут цацкаться, если в дело замешана магия. И не могу сказать, чтобы я их не понимала.

— Я видела, как вы с ним разговариваете под открытым небом.

— Я действительно видела его этой ночью.

— Вы сообщили полиции?

— Нет.

Она уставилась на меня:

— Почему?

— Наверное, Магнус в чем-то виноват, иначе он не стал бы убегать, но он не заслуживает, чтобы с ним обращались так, как это делает наша полиция.

— Да, — сказала она, — не заслуживает.

— Почему вы подумали, что он в моей постели?

Она снова потупила глаза.

— Магнус умеет быть очень проникновенным. Не могу вспомнить, чтобы женщина сказала ему «нет». Прошу прощения, что я так о вас подумала.

Она замолчала, посмотрела на дверь спальни, снова на меня и снова покраснела.

Я не собиралась объяснять, каким образом у меня в постели оказались двое существ мужского пола. Ведь ясно же по одеялу и подушке, что я спала здесь? Ясно же?

— Что вы хотите от меня, миз Бувье?

— Я хочу найти Магнуса, пока его не убили. Я думала, вы можете мне помочь. Как вы могли выдать Магнуса полиции? Ведь вы же знаете, что значит быть не таким, как все.

Я хотела спросить, откуда она знает — что ли у меня написано на лбу слово «некромант»? — но не стала. Если ответ будет «да», я не хочу его слышать.

— Если бы он не убежал, они бы его просто допросили. У них не было оснований для ареста. У вас есть соображения, почему он мог сбежать?

Она покачала головой.

— Я пыталась догадаться, придумать что-нибудь, но сама не вижу в этом смысла, миз Блейк. Мой брат — мужчина слегка безнравственный, но он не плохой человек.

Я не понимала, как можно быть слегка безнравственным, но выяснять не стала.

— Если он обратится ко мне, я его отведу в полицейский участок. Но кроме этого, не вижу, чем я могу ему помочь.

— Я побывала всюду, где только могла придумать, но его нигде нет. Я даже курган проверила.

— Курган? — переспросила я.

Она поглядела на меня пристально:

— Он вам не рассказал об этом создании?

Я прикинула, не стоит ли соврать, чтобы выудить информацию, но по ее глазам поняла, что она меня расколет.

— Он ни о каком создании не упоминал.

— Конечно же. Если бы он это сделал, полиция явилась бы туда с динамитом. Динамит его не убьет, но наш магический щит разнесет в клочья.

— Что за создание?

— Есть ли что-нибудь, что Магнус вам сказал, а вы не передали полиции? — спросила она.

— Нет, — ответила я, секунду поразмыслив.

— Он был прав, что вам не рассказал.

— Может быть, но сейчас я стараюсь ему помочь.

— Чувство вины? — спросила Доркас.

— Может быть.

Она поглядела на меня. Зрачки снова всплыли на поверхность, и глаза казались почти обыкновенными. Почти.

— Как я могу вам доверять?

— Наверное, не можете. Но я хочу помочь Магнусу. Так что расскажите мне все, миз Бувье. Прошу вас.

— Вы должны дать мне слово, что не скажете полиции. Я серьезно говорю, миз Блейк. Если полиция вмешается, она может выпустить эту тварь на свободу, и погибнут люди.

Я прикинула, но не могла найти ни одной причины, по которой надо будет сообщать полиции.

— О’кей, даю вам слово.

— Пусть у меня нет умения Магнуса обращаться с гламором, но обет, данный кому-то из фейри, — дело очень серьезное, миз Блейк. Солгать нам — значит навлечь на себя беду.

— Это угроза?

— Считайте это предостережением.

Воздух между нами зашевелился, как жар над асфальтом. Глаза Доркас закружились миниатюрными омутами.

— Доркас, не надо мне угрожать. Я не в том настроении.

Может, не стоило прятать пистолет.

Магия схлынула, как вода, уходящая в щели каменного дна. Чувствовалась, что она здесь, под поверхностью. Но для человека, которому угрожали и вампиры, и вервольфы, это была просто ерунда. Кажется, большая часть семейных талантов досталась Магнусу. Пугать он умел куда лучше.

— Только чтобы мы понимали друг друга, миз Блейк. Если вы скажете полиции и они выпустят эту тварь на свободу, кровь погибших будет на вас.

— Ладно, вы произвели на меня впечатление. Теперь рассказывайте.

— Магнус говорил вам о нашем предке, Ллине Бувье?

— Да, он сказал, что это был первый здесь европеец. Женился на девушке из местного племени и обратил племя в христианство. Был фейри.

Она кивнула.

— Он был не единственным здесь фейри.


Другие страницы сайта


Для Вас подготовлен образовательный материал Лорел Гамильтон Кровавые кости 14 страница

5 stars - based on 220 reviews 5
  • МИНИСТЕРСТВОМ ПРОСВЕЩЕНИЯ СССР В КАЧЕСТВЕ УЧЕБНИКА ДЛЯ СТУДЕНТОВ ДЕФЕКТОЛОГИЧЕСКИХ ФАКУЛЬТЕТОВ ПЕДАГОГИЧЕСКИХ ИНСТИТУТОВ ПО СПЕЦИАЛЬНОСТИ № 2111 «ДЕФЕКТОЛОГИЯ» 12 страница
  • Книга и технологии превращения детей в хороших учеников 23 страница
  • Особенности усыновления российских детей иностранцами и лицами без гражданства.
  • ОСОБЕННОСТИ РЕГУЛИРОВАНИЯ ТРУДА РАБОТНИКОВ, ЗАКЛЮЧИВШИХ ТРУДОВОЙ ДОГОВОР НА СРОК ДО ДВУХ МЕСЯЦЕВ, И ЗАНЯТЫХ НА СЕЗОННЫХ РАБОТАХ.
  • Особенности регулирования труда работников транспорта
  • Імунітет
  • Особенности регулирования труда работников в возрасте до 18 лет.
  • Особенности уголовной ответственности и назначения наказания несовершеннолетних (ст. 87, 88 УК). Виды наказаний назначаемых несовершеннолетним (ст. 89 УК).